Официально прикрепленные к каравану ребята в очках наблюдали запредельно натянутую драку. Животное тоже интересовалось происходящим: разъярённый парень противостоял мальчишкам в обносках, а ушер в изумлении наблюдал за их мастерством. Не верилось, что такие малыши могут так справляться с большим мужчиной....
За мамой и так очередь из женихов стояла. Дед, не будь дураком, дома такой шорох навёл, и в результате внук стал главой клана и графства впоследствии, но скорее, везде правит мама.
– Весело.
– Ага, весело! Вот, видно, решили и меня в свободное плавание отправить, тем более такой случай и напарник есть.
– Ага. Только желания у напарника никто не спрашивал. – съязвил я. – Ладно. Давай, спи. Я, пока, покараулю. Под утро разбужу и покемарю сам. Удар можно ожидать именно под утро, если местный барон и решится на атаку.
– Думаешь?
– Мне лично так кажется, сам посуди…
– Ну, наверное, в главном ты прав, удар будет. Я бы лично убийство своих людей никому не простил. Так что… Всё, я спать, а ты можешь пока похлёбкой, или, как ты там её называешь, во, ухой заняться. У тебя очень вкусно получается, готовь сразу в двух котелках.
– Разрешаешь? – я сделал шутливый полупоклон.
– Ах, Ваша Светлость! Чего вы тут кланяетесь. – подкалывает меня барон. – Вы работайте, работайте, а то вам ещё может быть и Светку седлать придётся.
– Не седлать, а впрягать в телегу, деревня. – ответил я в том же духе.
– Да куда уж нам… крестьянам! А-э-а-э-а-ээх! – на такой зевок грех было не ответить.
– Эхххаах! – едва не вывернул и я челюсть в зевке.
– Я спать, буди в случае чего.
Разбудив под утро ребят, завалился спать сам. Нападения ни утром, ни под утро не было.
Караван ждал атаку. Все напряжены, смеха и даже громких разговоров не слышно. Детей отвели подальше от телег, поближе к реке, хотя это решение и неоднозначное, но за рекой поставили следить ребят, а от них ничего не скроется, как и от меня.
Меня не будили и проснулся я сам ближе к обеду.
М-дя. Хорошо хоть ужин на завтрак оставили, почти оставили. Чуть-чуть на донышке котелка уха плещется. Вот же, редиски! Хотя стол и ломится от изобилия: и мясо есть жареное, оленина и окорок нарезанный, и сыр с овощами какими-то съедобными. Горит костерок. У огня прижавшись друг к другу сидят барон с Натахой. Напротив, Свищ уплетает что-то из глубокой тарелки, и что-то у меня закрадывается уверенность, кто именно почти лишил меня ухи.
О! Вот обратили внимание, наконец, и на меня.
– Привет, Малой. Есть будешь? Если ещё поваляешься, точно ухи не получишь. – спокойно так сказал Цик.
Я махнул рукой.
– В реке рыбы ещё много. Сейчас проверю снасти и по новой запущу на готовку котелки. У вас-то, что нового?
– Ну, во-первых, не у вас, а у нас. Ты в такой же попе, как и все. Появлялись господа. Сам барон пожаловал.
