С жадностью расправилась с ее содержимым, не обращая внимания на веселое настроение Гордеева
— Довольна? — спросил у моего безжизненного тельца.
— Замечательно, теперь в душ. — прошествовал по лестнице, светя своим упругим задом. — Ты идешь? — удивленно повернулся на лестнице.
— Оставь меня здесь. Я потом как-нибудь. — крикнула и прикрыла глаза. Не понимаю, он вообще не устал, что ли?
Шаги раздались совсем рядом. Дима пошел и погладил меня по щеке:
— Пойдем на ручки, солнышко, — усмехнулся.
— Вот скажи, ты совсем не устал? — потерлась в его щетину.
— Ну уж точно не настолько сильно, как ты. Если что, на второй заход меня хватит. — подмигнул и рассмеялся, увидев мои удивленно-испуганные глаза.
— Да ладно тебе, я же не изувер.
— Люблю тебя, Потрошитель. — прошептала в плечо.
— И я люблю тебя, малышка. — поцеловал в висок. — И все же, может расскажешь, какими прозвищами ты меня успела окрестить?
— Ну, — протянула я, — иногда я называю тебя Димой.
— Неплохое начало. — открыл душевую кабину и стал настраивать воду, — иди сюда.
— Так вот, иногда по фамилии. — залезла под теплые струи.
— Кстати, как тебе моя фамилия? — поинтересовался, открывая крышечку геля для душа.
— Красивая, мне нравится. Да и сам ты ничего так. — перевела в шутку скользкий разговор.
— Продолжай, — стал медленно намыливать меня.
— Ну и так, по мелочи, — нехотя добавила я, — Потрошителем, Большим Боссом, индюшачьей задницей, засранцем иногда, придурком в минуты особой нежности… Вот, вроде бы все. А, нет, пару раз «тираном и деспотом», но это с твоей подачи.
— М-да, а я надеялся, что в твоем списке найдется место для чего-то более романтичного. — заржал.
— Ну нет, такое тебе не подходит. А вот Большой Босс — самое то. — поцеловала в подбородок.
— Ну ладно, убедила. — смыл с нас пену и обернул полотенцами.
Волосы развевались на ветру. Дикое ощущение скорости под колесами окрыляло. Дима вел твердо и уверенно. Через полчаса мы подъехали прямо к вершине холма, который открывал прекрасный вид на округу. Опоясывающие лесные массивы, раскрашенные всеми оттенками оранжевого, высотки городов вдали и низенькие крыши поселков поближе. Атмосфера была нереальная. Неизбежно возникает чувство собственной уникальности и какой-то отрешенности, когда ты смотришь на все свысока.
— Здесь очень красиво. — обняла Гордеева сзади.
— Уединение и умиротворение. — подтвердил мои слова.
Но у судьбы, как известно, на все свои планы.