Автор
Война двух демонических существ — Тимура Уварова и Романа Чернова — захлестнула маленькую Анютку, но она сумела сохранить спокойствие. Скромница Ольга избегает их влияний, создавая вокруг себя тихий уют, в то время как мир вокруг становится жестоким и безжалостным.
Похоже, «(не)ваша девочка (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Роль нашей девочки, — поддевает указательным пальцем кончик моего носа. — И ты сейчас в бюстгальтере?
Я не успеваю ответить, как Рома ныряет рукой за спину и пробегает пальцами по застежке бюстгальтера ниже лопаток.
— Снимай, — улыбается во все тридцать два зуба.
— Это туалет для девочек, — в уборную вваливается две пьяных девицы и хихикают, лукаво взглянув на Рому, который игнорирует их игривый тон. — Какие мы серьезные.
— Снимай, — тихо, но жестко повторяет он, а затем наклоняется и шепчет, — и трусики. Они тоже лишние.
Сжимаю кулаки, сдерживая порыв хлестнуть наглеца по его самодовольной роже. Девицы у раковин затихли и с живым любопытством наблюдают за нами. Я знала на что шла. Я ведь и не думала, что я с Уваровым и Черновым буду нюхать ромашки на солнечной полянке.
Разворачиваюсь на носочках и шагаю под пристальным взглядом Ромы к одной из кабинок. Запираюсь. Девицы опять хихикают, а я задираю подол. Снимаю трусики и с осуждением смотрю на влажную ластовицу в разводах вязкой смазки. Позорище.
— Может, и нам что-нибудь снять? — мурлыкает одна из девиц.
— Нет, — коротко и равнодушно отвечает Рома.
Девицы заливисто смеются, а я одергиваю юбку. Расстегиваю замок на спине, скорчив рожицу презрения к двум нахалкам, которые решили охмурить Рому. Замираю. Это, что, ревность? Здрасьте, приехали! Вынув руки из рукавов, стягиваю бюстгальтер.
— Тебе там помощь не нужна? — игриво спрашивает Рома, и девицы смеются, а он повышает голос до звенящей стали. — Ротики закрыли.
Замолкают, а затем шепчут:
— Извини.
— Вышли и оставили нас.
— Но это женский туалет…
— Да мне начхать, куколки, — зло смеется Рома. — Вышли.
Стук каблуков, и я тяну молнию за язычок замочка вверх. Застревает. Буквально после нескольких сантиметров.
— Проклятье.
— Что у тебя там?
— Ничего, — едва слышно попискиваю я и дергаю замок, а он не поддается.
— Анюта, ты не умеешь врать.
— Молнию заело, — зажмуриваюсь и закусываю губы.
Легкие шаги и стук в дверь.
— Я пришел к тебе на помощь, — ласковый шепот вызывает во мне мурашки.
Отпираю дверь и поворачиваюсь к унитазу спиной, прижимая нижнее белье к груди.
— Анюта… — пробегает по позвоночнику теплыми пальцами и без усилий застегивает замок, — ах ты, маленькая шалунья, нашла повод меня позвать в кабинку?
И глупо отпираться, что замок действительно заело. Какая нелепая ситуация! И я опять в туалете, но теперь уже и без трусиков. И гордо не сбежать.
— Хитро провоцируешь, Анюта, — поглаживает шею кончиками пальцев.
