Автор
Война двух демонических существ — Тимура Уварова и Романа Чернова — захлестнула маленькую Анютку, но она сумела сохранить спокойствие. Скромница Ольга избегает их влияний, создавая вокруг себя тихий уют, в то время как мир вокруг становится жестоким и безжалостным.
Похоже, «(не)ваша девочка (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Анечка, мужчины поэтому так и любят глубокую глотку, потому что это полная власть над женщиной, которая ее принимает.
— Мне не нравится этот разговор, — я встаю на нетвердые ноги, и Рома рывком за запястье притягивает к себе и усаживает на колени.
— Я не думаю, что она коварная обманщица, которая решила нас развести на деньги, — поглаживает по колену, всматриваясь в лицо. — За ней не наблюдалось раньше такого.
— Сколько лет прошло, — Тимур хмыкает.
— Нет, — Рома касается губами шеи, — тогда бы она к нам не пришла.
— Да, будь у меня другой вариант, — зло всматриваюсь в его холодные глаза, — я бы к вам не обратилась.
— И как нам повезло, — выдыхает в губы, нырнув под подол платья теплой ладонью. — А мне ты доверишься?
— Да делай ты, что тебе заблагорассудится, Чернов, — цежу сквозь зубы. — И это не талант, а склад характера. Вечно я под всех прогибаюсь. То под учителей, то под мать, то теперь под двух негодяев.
— Но с чувством собственного достоинства, — Рома касается кончиком языка моей нижней губы.
— А вот это уже талант. Быть неудачницей, но создавать ореол недосягаемости, — с тихим высокомерием говорю я.
— На неудачниц у меня не стоит, Анюта.
— Если стоит, то приступай к делу, — зло цежу сквозь зубы. — Беседы меня утомляют, Чернов.
Глава 23. Бесстыдница
— И я могу потребовать все что угодно, Анюта, — Рома сладко улыбается.
— Вы же за это заплатили, — тихо отвечаю я.
Даже если сейчас Рома вздумает меня отыметь на столе, я не взбрыкну. Я человек ответственный и условия сделки выполню. Второе решение было не импульсивным, а осознанным.
— Я проголодался, — поглаживает линию моей челюсти пальцами, — приготовь ужин, Анюта.
Я недоуменно моргаю. Какой ужин, когда я чувствую под бедром его твердый член и как бы настроилась на изврат на столе. Я не готова шустрить по кухне и ублажать гостей кулинарными изысками.
— Ром, ты серьезно? — я хмурюсь.
— Да. Ты сама сказала, что я могу требовать все, что мне захочется. Я голоден, Анюта.
Я смотрю на Тимура. Он должен вмешаться и напомнить другу, зачем они тут, а тот вопросительно приподнимает бровь. Опять вглядываюсь в серые глаза Ромы. Он издевается?
— Проголодался? — возмущенно шепчу ему в лицо.
— Верно.
— Вот прям сейчас?
— Да, а что?
— Хорошо, — встаю и отступаю.
— И платье сними, — Рома клонит голову набок. — Приготовь ужин голой.
