Они отвезли нас обратно к тому роковому перекрестку, который теперь был четко обозначен знаками, чтобы уберечь бегунов позади меня, но мы все еще находились в пятнадцати милях от следующего пункта помощи, у нас не было еды и воды, и я остро нуждался в лекарствах. Штаб дал Кишу разрешение встретить нас на дистанции, но к тому времени мое состояние ухудшилось. Моя температура падала, легкие были тяжелыми, и я понимал, что если продолжу бежать, то стану опасен для здоровья.
До конца гонки оставалось еще 135 миль, и, хотя я проглотила лекарства, как только прибыла в Киш, моей щитовидной железе требовалось время, чтобы прийти в норму и нормализовать температуру тела. Я решил отдохнуть, не представляя, сколько времени может занять этот процесс. Я уже пробежал 120 миль. Предсказуемо, в течение часа мое тело отреагировало так, будто гонка закончилась. Я начал отекать и напрягаться, так как мои мышцы перешли в режим восстановления.
Это может стать проблемой.
Я уже много лет занимался проблемой своей щитовидной железы. Многим военным, особенно тем, кто служит в отрядах специального назначения, ставят диагноз ""гипотиреоз"", потому что наши надпочечники постоянно подвергаются атаке во время тренировок и боевых действий - в период с 2008 по 2017 год было зафиксировано сорок тысяч случаев. Но я с детства жил на гормональном коктейле ""бой или бегство"". Спецназ только что закончил работу по выжиганию моих надпочечников. Когда надпочечники отключаются, организм пытается получить необходимые ему вещества через щитовидную железу. Щитовидная железа - главный компьютер эндокринной системы, и когда она перегружена, наш метаболизм - процесс преобразования выпитого и съеденного в энергию - нарушается, что может привести к целому каскаду последствий.
Отчасти благодаря моему режиму растяжки за последние годы мои надпочечники достаточно восстановились, чтобы перестать атаковать щитовидную железу, что позволило ей начать восстанавливаться. На самом деле оказалось, что мой приступ ВСД на Рождество был спровоцирован более сильной, чем нужно, дозой лекарств для щитовидной железы. С тех пор мы с врачами экспериментировали с более низкими дозами. Я всю жизнь был болезненным мальчиком. Если бы мое тело было только здоровым и цельным, неизвестно, чего бы я мог добиться.
В итоге я пролежал двенадцать часов, и хотя может показаться, что такой отдых поможет мне в гонке, на самом деле все оказалось совсем наоборот. К тому времени, как я вернулся на тропу, мои ноги были словно вытесаны из камня. Я был настолько жестким и опухшим. И я опустился со второго места на восьмидесятое, то есть практически на последнее. У меня были все основания сойти с дистанции: удача подвела, здоровье подорвано, и я потерял СА в самый ответственный момент.