Я предпочла переключиться на готовку, а он уже натер ароматными специями мясо…
Вынуждена признать, Дашаев — из тех мужчин, которым сложно отказать. Плюс он ловко управляется с готовкой мяса. Поэтому до позднего ужина мы почти не разговариваем, действуем бок о бок на кухне, где в воздух поднимаются ароматы жареного мяса, салата и специй.
Со Степкой никогда не удавалось так приготовить ужин в четыре руки. Мой муж и шашлык, прости господи, всегда умудрялся испортить так, что снаружи — горелое, а внутри — сырое, с кровью. Поэтому шашлыки на даче всегда жарили мои родители.
— Боже мой, еще и дача…
— Ничего. Просто мысли вслух.
Садимся за стол, Дашаев наливает красного вина.
— Я не буду пить, — предупреждаю его, накрыв бокал ладонью.
— Всего один-два глотка за прекрасный вечер… Пригуби, но не пей. Но поддержи, — уговаривает.
— Ладно, всего два глотка. Больше пить не стану… Слишком хорошо помню, как вы опоили нас с подругой!
— Хватит, это уже не смешно, — вздыхает Марат. — У нас только что был классный секс. На трезвую голову. Стал бы я опаивать тебя тогда?
— И все-таки я тебе не верю. А мясо, кстати, очень вкусное.
— Твой салат идеален, — хвалит в ответ. — Я разберусь.
— Что не так с этим баром. Не нравится, что ты пятнаешь подозрениями мою честь. Я бы не стал ничего делать исподтишка и гнусно. Я прямо говорю, что хочу, и беру это! — смотрит на меня пристально, добавив буднично: — Когда с таблеток своих слезешь?
Я едва не поперхнулась.
— Притормози, джигит. Если ты не забыл…
— Да-да, у тебя есть обуза.
— Мои дети — это не обуза! — мгновенно взвилась я.
— Я имел в виду твой никудышный брак. Кстати, моим условием для тебя было — всерьез задуматься о разводе, но ты уже выполнила это условие на опережение.
Хоть как-то его уколоть…
— Пусть так. Главное, что выполнила.
— Это все равно ничего не значит.
— Помогу тебе с разводом, — обещает. — Лучшие адвокаты — к твоим услугам. Завтра же съезжаешь в отдельную квартиру.
— И я снова тебе скажу, притормози! У нас в браке… дети! И они, поверь, будут очень не рады тому, что родители разводятся.
— Я не решаю. Это факт. Психика так устроена. Рушится семья, неважно, по какой причине, рушатся каноны… И я не хочу травмировать своих мальчиков.
— Они вырастут мужчинами, если ты не станешь прятать от них истинные причины.
— Легко говорить. Сам-то, небось, бездетный?
— К сожалению, да. Моя жена обманом травилась, чтобы не завести детей и вывести из утробы то, что успело прижиться, — говорит с осуждением.