Автор
В темном аэропорту жестокие истерики и унизительный вылет отодвинули неизбежное — смерть приближается, но еще нет конца. Встреча родственников в душной машине огнем обжигает каждый эпизод: боль, ненависть, предательство и страх. Неверный уход нарастает по жестам и взглядами, а сама жизнь кажется последней игрой под надрывом....
Но сейчас, когда старые обиды и эмоции улеглись, я могла взглянуть на прошлое трезво. Все, что я знала, было со слов отца, он был для меня непререкаемым авторитетом, я привыкла верить ему во всем и даже мысли не допустила, что он меня обманывает. Тем более, некрасивой закомплексованной девчонке было очень легко поверить в то, что привлекательный мужчина обратил на нее внимание только из корысти.
Устроить так, чтобы звонки не поступали для отца с его возможностями, наверняка, не составило труда.
- Но ты увел у меня контракт… сразу после смерти папы… - я хваталась за соломинку, стараясь оправдать многолетнюю настороженность и неприязнь, которые испытывала к Сабурову.
"- Территориальная зона, в границах которой находится участок, не подходит для коммерческой застройки, и поменять ее нельзя. Несколько сотен миллионов за бесполезную землю – вот что ты получила бы, выиграв торги. Я думал, ты все сама увидишь, но ты настойчиво рвалась в бой. Там и сейчас ничего нет, если не веришь, можешь посмотреть сама.
- Ник… - я не знала, что сказать.
Сабуров пожал плечами. Он тоже молчал, думал о будущем, которого не стало? О прошлом, которое не изменить?
Ник сказал, что искал меня из чувства вины. И теперь многое становилось яснее, если бы он тогда не отступил, если бы добился встречи со мной, если бы я не ушла в глухую оборону на несколько лет, запираясь в раковине, едва приходилось встречаться с ним по делу. Как все сложилось тогда?
Если бы...
Зря он заговорил о прошлом. Жить в заблуждении было проще.
Николай поднялся и помог встать мне, не выпуская из уютного плена. Я запретила себе думать о том, сколько времени мы потеряли, о браке с Иваном, которого могло не быть вовсе, если бы отец не вмешался в наши с Сабуровым отношения.
Сейчас я могла только гадать, почему отец так поступил, мертвые не отвечают на вопросы, даже если тебе очень хочется.
- Я подожду, пока ты оденешься, нам еще войну выигрывать, - Николай игриво подмигнул мне, - у нас все еще может получиться, Маша.
Кивнула, если бы ответила, скорее всего расплакалась, как девчонка.
Дождавшись, когда Николай выйдет из раздевалки, я скинула халат и начала одеваться. Мобильный взорвался трелью.
Даже, если опять случилось что-нибудь плохое, Николай рядом. Он поможет. На душе стало легче, светлее после объяснения, словно с нее действительно сняли камень.
На дисплее высветилось имя: Полина Алмазова.
Я засомневалась на долю секунды, стоит ли отвечать. Это могла быть ловушка.
