Автор
В дождливом московском фойе интуITION уже подсказывает, что планы поездки были купированы неудачной случайностью. Взять ключи из мужского кармана куртки — шаг внезапного инстинкта на выдуманном спасательном корабле, и вместо ожидаемой заботы об отправлении — мрачное открытие непонятной бирюзовой коробочки....
Даже в мыслях не мог её так называть.
— Я уже думала, ты не придёшь. — Тихонько сказала Юля, проходя в кабинет, и я последовал за мной.
— Я бы ни за что в жизни не пропустил это. Извини, был в командировке, и рейс задержали. — Юля прошлась по мне взглядом, будто только сейчас заметив, что костюм и рубаха на мне были немного мятыми, потому что я провёл полночи в самолёте.
И что на щеках была легкая небритость, а под глазами наверняка были темные круги, как всегда, последнее время, потому что я мало и плохо спал.
Она кивнула, оставив мой ответ без комментария, но, похоже, поверив мне.
Юля легла на кушетку, а мне предложили сесть на стул рядом с ней. Врач нанесла какой-то гель ей на живот и стала водить специальным аппаратом, внимательно смотря в экран перед собой.
На противоположной от нас стене висел телевизор, где дублировалось изображение с экрана врача, но мне вначале было ничего непонятно.
Я был в таком шоке, что, замерев, просто смотрел на черно-белое изображение, и слушал про какие-то КТР и БПР, которые были у ребёнка в пределах нормы, а потом случилось это.
Включился звук, и мы услышали быстро бьющееся сердечко. Сердце нашего ребёнка. Мы переглянулись с Юлей, и у обоих на глаза выступили слёзы. У нашего малыша билось сердце! И это был самый совершенный звук из всех, что я когда-либо слышал.
— Частота сердечных сокращений хорошая. — Прокомментировала врач. — Ну что, родители, хотите узнать пол? Думаю, что можно уже увидеть попытаться.
— Да, хотим. — Ответила за нас двоих Юля, а я, абсолютно инстинктивно, взял её за руку. На этот раз свою ладонь она не убрала. А меня всего начало тут же плющить вот от такого просто жеста.
— Так… Посмотрим, кто у нас тут в домике прячется… — Прищурившись, вглядывалась в экран врач, а мы, кажется, даже дыхание задержали, чтобы её не отвлекать. — Думаю, у вас будет мальчишка!
Дальше врач что-то показывала нам на экране, обводя части, которые должны были нам о чем-то сказать, но я уже слушал вполуха.
У меня будет сын! У нас с Юлей будет сын! Который, возможно, будет похож на неё или на меня. Который будет называть её мамой, а меня папой. И как же мне хотелось, чтобы мы жили все вместе… Только бы она смогла меня простить…"
"После УЗИ мы оба выходили воодушевленные. А мой взгляд на выходе зацепился за одинокую беременную женщину, которая сидела в коридоре с грустным лицом.
