Автор
В дождливом московском фойе интуITION уже подсказывает, что планы поездки были купированы неудачной случайностью. Взять ключи из мужского кармана куртки — шаг внезапного инстинкта на выдуманном спасательном корабле, и вместо ожидаемой заботы об отправлении — мрачное открытие непонятной бирюзовой коробочки.
Я даже растерялась, думая, что Сергей будет рад меня услышать.
— Алло, Сергей, добрый день. Ты звонил, это Юля. Мы ходили с тобой в ресторан за пару дней до нового года.
— А! Юля, рад тебя слышать! Прости, у нас тут небольшая запара на работе, и я даже не посмотрел, кто мне звонит.
— Да я всё понимаю. Если хочешь, можешь перезвонить позже, когда будешь более свободен.
— Нет, нет, всё нормально. Я звонил тебе пару дней назад, хотел узнать, как ты встретила новый год, и пригласить увидеться ещё раз, если ты будешь не против. Сегодня, например?
— Ой, ты заешь, я ездила в отпуск, и только-только сошла с самолёта, можно сказать. Так что не думаю, что у меня будут силы на встречу вечером.
— Блин. Жаль. Я просто завтра улетаю в командировку на месяц… — Я слышала, как на том конце провода мужчина тяжело вздохнул. Почему-то мне представилось, как он, разговаривая со мной, запустил руку в волосы, и недовольно взъерошил себе прическу.
— Ну, значит, не судьба. — Я вообще не расстроилась из-за того, что свидание сорвалось.
— Похоже на то. Могу я позвонить тебе через месяц, когда вернусь?
— Думаю, вряд ли тебя что-то может остановить. Звони, конечно. Удачной командировки.
Когда я завершила вызов, и убрала телефон, то почувствовала, как Костя смотрит на меня с большим интересом.
— Что? — Не выдержала я его взгляда.
— Уже ходишь на свидания? Я удивлён, если честно.
Я пожала плечами, показывая, что мне всё равно, и я не собиралась никого удивлять или шокировать. Мне вообще на мнение окружающих было плевать, у меня был только мой собственный внутренний моральный ценз, которому я следовала. И только я сама решала нормально ли было то, что я делала.
Мы немного помолчали, каждый задумавшись о своём.
— Когда вас разведут? — Вдруг прервал молчание Костя. В груди неприятно царапнуло, но я сдержалась, чтобы внешне никак не показать свою реакцию.
— В среду. Получим документы о расторжении брака, и всё. Думаю, тогда же и расскажу Андрею про беременность.
— Не слишком жестоко для одного дня? — Поднял брови Костя.
— Уже ничего не слишком жестоко. Он должен знать, я чуть успокоилась. Не хочу потом дополнительно встречаться с ним или писать. Я решила, что нам нужно будет ограничить общение. Потому что пока я постоянно вижу его, то забыть и отпустить не получается.
??????????????????????????— Ну вот сейчас ты больше двух недель его не видела, что, легче?
— Нет. Но я не теряю надежды. Когда-то всё равно станет.
