Автор
Соня, поглощенная переживаниями об impending разводе своей подруги, не замечает, как нежные прикосновения к ее округлившемуся животиком телосложению превращаются в нечто завораживающее и почти магическое. В этой атмосфере любви и тревоги, где каждый жест кажется вздохом души, Соня погружается в глубины собственной чувственности и иллюзий о будущем....
— А как? — Майюша переключает свое внимание с Демида на отца и смотрит на него расширенными от удивления глазами.
— Я их строю. Много-много домиков, — объясняет Рустам. — Если захочешь, мы завтра поедем, и я тебе покажу.
Майя часто-часто кивает, показывая как она хочет посмотреть домики.
— А маму возьмем? — спохватывается моя совестливая девочка.
— Обязательно, — отвечает Рустам, бросая на меня быстрый взгляд, — как же мы без мамы?
— Кресло у тебя в машине? — спрашивает Демид брата, тот отвечает утвердительным кивком.
— Можно, я тебя понесу? — обращается Рустам к дочери. Та задумывается на миг и сама тянет к нему ручки.
Он берет ее на руки с такой осторожностью, будто боится сломать. Малышка в его руках и правда кажется слишком хрупкой. Они направляются к стоянке, а мы с Демидом молча смотрим им вслед.
— Ну, а ты боялась, — первым нарушает молчание Ольшанский. — Мне кажется, эти двое друг с другом найдут общий язык быстрее, чем спелись мы с тобой.
Я фыркаю в ответ.
— Молчал бы уже, сказочник.
— Сказочник? — выгибает брови Ольшанский.
— Если кто и поверил в твою срочную командировку в другой город с ночевкой, то только не я.
— Вам нужно поговорить, Соня, — делается серьезным Демид. — И чем быстрее вы до чего-то договоритесь, тем лучше. Он… Он пока не поменял решение, насколько я понял.
У меня сразу пропадает желание шутить, серьезность Демида передается по воздуху.
— Почему ты так думаешь?
Демид передергивает плечами, что в его исполнении означает «не знаю».
— Я надеялся, что когда он узнает о дочке, его попустит. Но пока я этого не вижу. Поговори с ним, Соня, — он поворачивает голову и смотрит прямо в глаза, — ты же сама потом себе не простишь.
— Знаю… — шепчу, внезапно лишившись голоса, — знаю, Демид.
— Тогда пойдем, — он кивает в сторону парковки и первым делает шаг.
***Возле хорошо знакомого айдаровского «Порше» стоит Рустам с Майей на руках. Похоже, у них не все гладко. Подхожу ближе и убеждаюсь, что так и есть, малышка отказывается садиться в детское кресло.
— Где мама? — дочка вертит головой во все стороны. Рустам растерянно оглядывается в поисках меня, и я ускоряю шаг.
— Я здесь, Майюша, — привлекаю внимание ребенка, по прежнему стараясь не встречаться взглядом с Рустамом.
— Мамочка! — вскрикивает малышка и тянет ко мне руки. Я забираю дочь у Айдарова.
— Сажай ее в кресло и садись рядом, — говорит он мне в спину, — я ее пристегну.
