Автор
В мире, где правда часто обманывает и ускользает из рук, глава Неверный открывается в мрачных закутках и светлых уголках. Сюжет ломается на бесконечных кругах сомнения и доверия, оставляя читателей с открытыми рохотами, дрожащими от незавершенности. Атмосфера — это то непонятное ожидание перемен, которое сквозит каждую страницу, будто неведомая рука манит к переломам и врата, где правда прячется или выходит наружу....
Мы подходим к семье Крис и Булата, держать за руки.
У подруги — семья, а мы… мы, трое, семья ли? Без штампов и признанных законом бумажных заверений, что это так.
Знакомимся, входим в дом.
Обстановка располагающая, семья у Крис замечательная, и сама подруга ни разу меня не упрекнула в том, что я ее игнорировала. Но я все равно нервничаю.
Я как будто без страховки.
Без гарантий.
Привыкшая полагаться на себя, теперь оказываюсь в ситуации, когда слишком многое зависит не только от меня и это ощущение подвешенного состояния, будто шаги вслепую на хлипком мостике, перекинутом над пропастью.
***
Расул
— Мне посоветовать тебе, чтобы ты не влипал в эту девчонку? — с тонкой издевательской ухмылкой спрашивает Булат, поглядывая в сторону Саши и Алима.
Черт упертый! Все помнит! Помнит, как я в момент, когда он свою девчонку, Крис, потерял и искал, посоветовал ему не влипать.
Теперь он мне бумерангом мои же слова возвращает, ухмыляясь.
— Лучше сразу завались, — отвечаю.
— А что так? Мне еще со свадьбы стало ясно, как ты свои шары к подружке Крис подкатывал.
— Я не бегал.
— Танцевать позвал. Для тебя это нонсенс.
Да, позвал. Она была как деревянная и на мои прикосновения отзывалась лишь напряжением.
После свадьбы Крис и Булата я еще больше и маниакально начал преследовать девушку у себя в клубе.
Удивительное открытие. Выходит, эта заноза в моей заднице уже давно меня зацепила, а я только сейчас, спустя столько лет, сопоставил и осознал.
Мне как бы стыдиться нечего: тогда думал так, сейчас — иначе.
Но все-таки огрызнуться хочется, чтобы друг не смеялся.
Это еще Рахман ни хрена не знает, как вернется из поездки в родной аул, так меня обложит… Насмешек и издевок не избежать. Тет-а-тет, разумеется. При Саше и ребенке он ничего такого не позволит.
— Ты, реал, только сегодня отцом ребенку своему представился? — продолжает пытать меня Булат на перекуре. — А раньше, что, никак? Или травм стремался?
— Раньше не знал.
Булат затягивается сигаретой, я поддерживаю для вида, курить так не хочется, как хочется другого.
— Не случайно? — уточняет Булат. — Сама тебя искала?
— Нет, — качаю головой. — Был с ней один… Думал, тоже трахарь.
