Поставив свой недопитый бокал на столик, решительно поднялся:
– Я поговорю с Кристофером и другими врачами, с теми, кому могу доверять. Вообще, долгожители редко обращаются за помощью к лекарям, поскольку почти не болеют. Но когда приходят, то исчезают с концами.
– Я что-то не шибко верю этому выскочке Доновану… Может, вовлечь в эту игру леди Элисон? – спросил герцог и внимательно посмотрел на Грея.
Максимилиан мигом нахмурился и рявкнул:
– Нет! Ни в коем случае!
Его Светлость тихо рассмеялся, довольный полученным результатом – редко когда Максимилиан терял самообладание всего за секунду.
– Да пошутил я, пошутил, – всё ещё улыбаясь, Стэнхоуп вскинул руки в успокаивающем жесте. – Мои люди усилят наблюдение за лечебницей и сотрудниками. Тщательнее будут проверять истории болезней.
– Я тоже буду держать тебя в курсе, – ответил Максимилиан и шагнул к двери. Уже на пороге он обернулся:
– Уильям… Не смей даже думать о том, чтобы рассказать всё леди Изабелле.
Квартал артефакторов Краунхейвена никогда не спал. Даже в поздние часы из мастерских доносился звон молоточков, шипение паровых механизмов и приглушённые голоса увлечённых работой умельцев.
Максимилиан шёл по узкой улочке, освещённой магическими фонарями, до лавки старого Торвальда – единственного в столице ювелира, работавшего с редчайшими кристаллами из северных гор. Дверь магазинчика была заперта.
Грей постучал особым образом, и створка тут же приоткрылась. В щели показалось морщинистое лицо невысокого старика с пронзительными голубыми глазами.
– Поздновато для визитов, лорд Грей, – проворчал Торвальд, но всё же пропустил посетителя внутрь.
Лавка ювелира больше напоминала лабораторию алхимика: всевозможные инструменты, кристаллы в специальных контейнерах, колбы с разноцветными жидкостями, увеличительные стёкла на подставках, книги с чертежами.
– Прошу прощения за поздний визит, мастер, – Максимилиан слегка поклонился. – Дело не терпит отлагательств.
– О, я догадываюсь, зачем ты здесь, – проницательно усмехнулся старик. – Слухи о твоём новом изобретении уже достигли и моих ушей.
– Вы, как всегда, поразительно информированы, – улыбнулся Макс.
– В мои годы информация – единственная ценная валюта, к тому же в этот раз ты слишком громко говорил, – многозначительно прокряхтел Торвальд и прошаркал к неприметной дверце, за которой скрылся из глаз. Но голос его был прекрасно слышен: – Тебе нужны особые камушки, не так ли?
– Именно так.
Ещё пару минут томительного ожидания и хозяин мастерской вернулся к терпеливо ожидавшему Максу.
– Эти кристаллы добыты в самых глубоких пещерах Нордхейма. Они носят имя «слёзы дракона».