Невероятная очевидность чуда — это драматическая история о человеке, который стал свидетелем необычайных событий. В непредвиденные моменты жизни он видит то, что другие обычно проходят мимо. Атмосфера книги наполнена сюрреализмом и эмоциями, создавая иллюзию реальности для читателя в мире обычных действий....
Но сейчас испугался он конкретно! Да потому что это очень крутые перцы, то есть нереально крутые чуваки, чтобы кто понимал! Они прошли, как горячий нож через масло, через всю многоступенчатую систему весьма и весьма непростой защиты, которую Павел и ребята Данича выставили прошлой ночью по всему периметру участка и в доме Евы, пока она спала, понятно, не посвящая хозяйку в эти свои действия.
И так же легко через несколько секунд, ну пусть пару минут максимум, они проникнут в дом, а вот сможет ли он в одиночку противостоять этим нереальным по своим навыкам террористам, у Павла были большие сомнения.
Ладно, сейчас не до сомнений – надо девочку спасать, а пугаться он будет, когда все закончится и гости из жарких арабских стран успокоятся, желательно навсегда. Значит, и пугаться будем потом после того, как победим, а сейчас вот точно ни до какой рефлексии и страхов.
Орловский быстро и совершенно беззвучно вышел в коридор, прошел к лестнице и замер на верхней ступеньке, закрыл глаза, передернул плечами.
Да-да, тот самый, о котором он вкратце рассказывал Еве.
Он любил это состояние, когда ты словно сливаешься с окружающим миром, становясь его частью, при этом запуская весь этот мир в себя, встраиваясь в его структуру и…
Павел стоял, дышал в определенном размеренном ритме, не производя ни малейшего звука, и слушал, осязал, ощущал и воспринимал мир вокруг, переходя в специфическое состояние слияния тела и сознания.
Ладно, пара минут у него есть, надо идти за Евой.
По всей видимости, девушка находилась в глубоком сне, потому что не смогла даже пошевелиться, когда Орловский тихонько, придавив ее плечом, закрыл ей ладонью рот.
Она ужасно, просто дико испугалась, Павел бы, наверное, и сам испугался так же заполошно, окажись он в ее положении.
