Маркиз Риккардо оказался втянутым в ситуацию с множеством желающих стать его супругами. Когда к нему присоединяется Эрика ди Элдре, их нежелание вступать в брак порождает интригу. Теперь Эрика вынуждена стать личным ассистентом маркиза, чтобы спасти его от наплыва невест.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Невест так много. Дилогия (СИ)» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Маркиз Риккардо оказался втянутым в ситуацию с множеством желающих стать его супругами. Когда к нему присоединяется Эрика ди Элдре, их нежелание вступать в брак порождает интригу. Теперь Эрика вынуждена стать личным ассистентом маркиза, чтобы спасти его от наплыва невест.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Милена Завойчинская Легкое чтение Любовные романы подборки серии
Маркиз Риккардо оказался втянутым в ситуацию с множеством желающих стать его супругами. Когда к нему присоединяется Эрика ди Элдре, их нежелание вступать в брак порождает интригу. Теперь Эрика вынуждена стать личным ассистентом маркиза, чтобы спасти его от наплыва невест.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Переругались, обсуждая, что вкуснее всего. Помирились, так как малину и клубнику любили все трое. Но в итоге пришли к решению, что за саженцами нужно куда-то съездить. Всё, что росло тут, нам не понравилось. Пересаживать под окна мы это не захотели.
— Решил, кого сегодня выгонишь из мачех? — спросила я Лекса, вытаскивая из волос веточки и колючки, которые нацепляла, пока ползала по зарослям.
— Да. Давай сегодня отправим домой леди Милардис. Она неплохая, только очень робкая. Надоело видеть, как она постоянно вздрагивает при моем появлении или если Кассель шалит. И ладно призрак. Меня-то она почему боится?! — обиженно спросил мальчишка и отцепил от рукава листок.
— Может, она просто в целом боится детей? — предположила я.
— Сама ты — дитё! — швырнул в меня этим листочком «ребенок».
— Тихо, дети, — подошел к нам маркиз.
Вот тут уж мы оба уставились на него с негодованием.
— Что? — не понял он. — Я есть хочу. Вы со мной?
Нам было что сказать его сиятельству, но мы промолчали. Только обменялись взглядами и кивнули друг другу. Мы с Лексом понимали, что не стоит говорить уже взрослым — ну, почти — людям и не совсем людям, что они еще маленькие.
За столом грустная толпа дам грустно ковырялась в грустном диетическом завтраке. Нет-нет да кто-то грустно вздыхал. Единственный, кто не был печален этим утром, — наше маркизовое сиятельство. Оно бесстыдным образом наслаждалось жизнью и лучилось благодушием, вызывая стойкую ненависть у всех присутствующих.
Даже у меня. Потому что я проголодалась. А мне мало того, что с утра не дали колбасы, потому что последние ее запасы кто-то сожрал ночью… Я даже знаю кто: сидит тут рядом довольный собой… Так еще на завтрак дали пшеничную кашу без молока и сахара и почти без соли. А я ее ненавижу после стольких-то лет в приюте. Съем, конечно, куда мне деваться? И даже наемся привычно. Но грустно ведь!
Так что сейчас мы в кои-то веки были с курятником на одной волне. Зато у некоторых из компаньонок невест моего маркиза наметились подбородки, вынырнув из складок. А у кого-то щеки стали не такими пухлыми.
Я решила хоть кому-то поднять настроение в этот нерадостный час и обратилась к одной из куриц, сидящей рядом с леди Рози:
— Вы прекрасно выглядите, леди Беатрис. Свежий воздух, здоровое питание и прогулки на природе благотворно на вас влияют. Вы похудели.
— Да вы издева-а-аетесь… — внезапно швырнула она ложку на стол. — Вы морите нас голодом. Заставляете терпеть выходки неадекватного привидения. Нормальной прислуги нет, и я должна одеваться и причесываться с помощью своей компаньонки. А она не служанка! Ясно вам?!
— Ясно, — кивнула я. — Верите, сама сегодня утром расчесывала волосы и думала, что жизнь ужасно несправедлива.
— Да вы!.. — задохнулась она от ярости.
