Мои волосы горничная, закусив губу, чтобы удержаться от вопросов, тщательно расчесала. Поразмыслила, перекладывая локоны и так и эдак, и в итоге соорудила мне нечто высокое, пышное, выпустив на волю пару прядок. Алая лента вновь красовалась в прическе, сочетаясь цветом с кушаком.
Пока мы готовились к ужину, с чердака доставили плетеный короб с обувью, оставшейся от одной из прежних обитательниц особняка. Фасоны туфель и ботинок были устаревшие, но вот будуарные шлепанцы на каблучке и с отделкой из перышек выглядели вполне мило и оказались мне впору.
— Значит, в них и пойду, — притопнула я, проверяя удобство.
— У вас… весьма непристойный вид, — помявшись, выдала горничная. — Может, возьмем у молодого господина плащ? С прошлого маскарада должен где-то быть шелковый.
— Из-за обуви? В брюках ничего крамольного нет, магички и наемницы их носят.
— Но вы без чулок, — прошептала она. — Это… неприлично.
— Ах это? — хмыкнула я. — Да, времена непростые. Но, видишь ли, Мона, все мои чулки уехали сегодня на виллу дель Солейль. Боюсь, единственное, что я могу сделать в такой ситуации, — отужинать в своих покоях. Либо же смело идти и шокировать маркиза и его гостя своими голыми щиколотками.
В столовую мы с Лексинталем спускались вместе. Он зашел за мной, с интересом осмотрел свои вещи и смешно цокнул языком:
— Леди Эстебану хватил бы удар, увидь она тебя. Ты выглядишь как вольная магичка. У нее самой есть незначительный дар, но она не училась и не развивала его. И всегда с большим презрением отзывается о девицах, поступивших в магические академии.
— Почему? А как к таким девицам относится твой отец?
— Потому что они свободные, смелые, раскрепощенные, носят брюки и позволяют себе значительно больше обычных девушек. Как только они поступают в академию, сразу же перестают подчиняться отцу или опекуну. Это свобода, которую им не могут простить, — явно повторяя чужие слова, ответил он. — Маркиз к магичкам относится хорошо. У него в подчинении есть несколько дам.
— Они с отцом дружат уже много лет. Ну и сотрудничают, конечно.
— Не слишком ли вы любопытны, леди Эрика? — помешал мне продолжить допрос голос предмета обсуждения. — Антион, вот она.
«Она» натянула на лицо безмятежную улыбку, обернулась и столкнулась с веселыми изумленными глазами высокого чуть полноватого мужчины лет тридцати. Герцог рассматривал меня, даже не пытаясь соблюдать приличия. Его взгляд не пропустил ничего. Ни прическу, ни манишку на рубашке сына своего друга, ни кушак, ни бархатные укороченные штанишки, ни мои голые щиколотки, ни перышки на шлепанцах.
Я примерной девочкой сложила перед собой ручки и ждала, пока меня перестанут изучать.
— Полный восторг! — резюмировал глава магического надзора.