Автор
В дверях ярмарки в Адриатическом городке стоит неожиданный выбор: быть невестой и принять роль княжны мафии или отказаться и остаться девочкой. Рико Романо, будущий жених, вызывает у меня противоречивые чувства — одновременно вдохновляя и пугая.
– Это моя территория, – сурово чеканит Чезаре. – И я сам все решу с ними. Что касается доказательств…
На этих словах у меня внутри все замирает. Жду продолжения, даже не замечая, что задерживаю дыхание.
– Витторио, она твоя дочь. Полагаю, твоего свидетельства будет достаточно.
Стефано злится, но не провоцирует конфликт. Возможно, потому что в их договоре помощь Чезаре нашей семье нужна куда больше, чем наоборот.
Мой отец сдержанно кивает, и муж пропускает его. Словно завороженная, наблюдаю, как отец подходит ближе, откидывает одеяло.
Во-первых, потому что сама по себе эта традиция мне просто омерзительна. И когда впервые зашла речь о моем браке с Рико, мама тогда порадовалась, что сейчас подобным выставлением простыней никто не занимался. Мне банально не по себе, что если бы все было по-настоящему, то отец стал бы свидетелем чего-то настолько интимного.
Во-вторых, я боюсь, что он сможет догадаться о нашем обмане.
Да, именно нашем. Чезаре правильно сказал – это теперь наш секрет.
– Полагаю, претензий нет? – равнодушно уточняет отец, отвернувшись от разворошенной постели."
"– Нет, – подтверждает Романо. – Мы спустимся через пару минут.
Дверь закрывается, и я ловлю задумчивый взгляд мужа. Он подходит ближе и протягивает мне руку. В этот раз я вкладываю свою ладонь его, не раздумывая.
Я не знаю, о чем думает мой мужчина. Не понимаю, чем руководствуется, но теперь я хочу это узнать.
– Мой брат отвезет тебя к нам домой. Пока я не вернусь, тебе запрещено куда-то выезжать.
– Это из-за того, что сегодня случилось?
Романо сухо кивает.
– Будь послушной, принцесса.
Из отеля меня увозит Оскар, а Чезаре вынужден поехать решать ситуацию с русскими. Муж на прощание лишь чуть сильнее сжимает мою ладонь, после чего уходит к другой машине. Моего отца и Стефано уже нет – вероятно, они уехали раньше.
Помимо Оскара, сидящего рядом со мной, в машине еще двое охранников. Один за рулем, второй – рядом с ним.
Мне не по себе, что первый же день моей семейной жизни омрачился стычкой с русскими. Отец мало что рассказывал, но иногда до нас с мамой долетали слухи, и каждый раз они подтверждали, что банды русских не знают жалости. Впрочем, члены мафиозных кланов тоже не были в ней замечены. Так что, вероятно, в этом плане счет был равный.
