Они все падки на деньги, вопрос только в количестве. Я предложил более чем достаточно, чтобы она сыграла мою невесту. Тем более какой-никакой актерский опыт у нее уже есть.
Пусть только попробует отказаться и выставить меня полным идиотом в глазах Августа Адольфовича.
Неужели Кира не понимает, какую возможность я упущу, если она откажется? Хотя куда ей.
Мысли сами собой перетекают в другую плоскость. Вспоминаю ее горячее дыхание и губы, как вздымалась ее грудь после поцелуя. Что бы она ни говорила, ей точно понравилось.
Она не сможет бегать от меня долго. Тем более что и сама меня хочет. Тут уж отрицай не отрицай, а против природы не попрешь. Кира — спящий вулкан, и я его разбужу. Это ж надо подавлять и прятать в себе такую страсть и чувственность вместо того, чтобы ими пользоваться. Впрочем, мне это только на руку.
Максимум неделя, и она станет моей.
В дверь кабинета стучат.
— Да, — отзываюсь я, откидываясь на спинку кресла.
— Максим Романович, к вам Кира Васнецова, — докладывает дворецкий, Георгий.
Тот кивает и исчезает, а я расплываюсь в довольной улыбке, потирая ладони. Отлично. Лучшего подарка на Новый год и не придумать: контракт с Августом Адольфовичем у меня в кармане. Отказать можно было и по телефону, значит, Кира согласна.
Наверняка затребует все десять миллионов, которые я согласился выплатить. Впрочем, от новой сделки я буду в таком плюсе, что вполне могу себе позволить не мелочиться.
Тем более что Кира отработает все до копеечки.
Через минуту дверь открывается, и она проходит внутрь. Взъерошенная, как воробушек.
Нерешительно мнется поначалу, обеими руками вцепившись в сумочку, а потом задирает подбородок и идет к моему столу.
— Я согласна, Максим Романович.
— Максим и на «ты», — сухо поправляю ее я. — Это что, так сложно запомнить? Если ты так ошибешься при Августе Адольфовиче, сделка продлится очень недолго. Мы ведь этого не хотим, правда?
— Да, Максим Рома… Да, Максим.
Так-то лучше. Перехожу к делу:
Я рехнусь, если придется объяснять ей каждую очевидную вещь. Ей и так предстоит научиться очень многому.
— Сколько денег ты хочешь?
В следующую секунду она лезет в сумочку, достает оттуда какой-то огрызок бумаги и скороговоркой читает с него:
— Два миллиона четыреста шестьдесят восемь тысяч рублей.
И смотрит на меня. Я на нее. Молчу в крайнем недоумении.
Это что, троллинг такой, что ли? Она бы еще шесть рублей и одиннадцать копеек добавила сверху.
— Это какая-то шутка, Кира? Если да, то для них совсем не время.