Один из них занялся тетушкой, которую уже переложили на мою кровать, а второй принялся задавать мне вопросы.
После чего сделал неожиданный вывод.
Заявил, что мне все привиделось и в моей спальне посторонних людей не было. К тому же пришедшая после обморока тетушка тоже не помнила никакого незнакомца. Вместо этого твердила срывающимся голосом, что вся комната кишела змеями.
Зато Фрида вместо двух барнийских полозов увидела в корзине василиска, тогда как я…
— То есть вы хотите сказать, что тот мужчина мне почудился? — подытожила я. — Какие-то странные у меня фантазии, вы не находите?
Меня же не оставляло ощущение, что магу попросту не хотелось поднимать шум на ночь глядя, поэтому он всеми силами попытался доказать мне, что это были всего лишь фантазии. Возникли они от усталости — в моем состоянии не стоило ходить в Тронный Зал. К тому же никто из посторонних проникнуть в мою комнату не мог, а Сад Избранниц хорошо охраняется.
— Так же хорошо, как и коридор? — любезно поинтересовалась я.
— Так же хорошо, — нахмурилась стража, но затем все-таки нашли в себе силы признаться, что ненадолго отлучились с поста. Ушли на десять минут раньше смены, но ничто не предвещало переполоха со змеями…
Верить в посетившего меня незнакомца они тоже категорически отказывались.
Тут явился и тот, кого отправили обыскивать сад. Поведал, что мои покои находятся на втором высоком этаже и забраться на увитый розами балкон — так, чтобы розы не пострадали, — выше человеческих сил.
Как и спрыгнуть с балкона, при этом не оставив ни на клумбах, ни на земле следов. Потому что следов он не нашел. Через порталы уйти мужчина не мог — в комнате не было отзвуков магических заклинаний, а в Саду Избранниц распахнуть пространственный переход невозможно.
Выходило, меня навестил сверхчеловек, который попросту растворился в воздухе и в существование которого стража и маги отказывались верить.
Но я уперлась, решив стоять на своем. Заявила, чтобы они сейчас же позвали кого-нибудь из Высших Магов — пусть те тоже посмотрят.
Не мог же незнакомец испариться без следа? Уйти, оставив меня в полнейшем недоумении, а остальных заподозрить во мне законченную истеричку?!
Ему нравилось это время — когда до рассвета оставалась лишь пара часов и бесконечная дворцовая суета начинала понемногу замирать. Нет, она не останавливалась никогда. Дворец, словно огромное существо, лишь ненадолго засыпал, утомленный дневной суматохой, но сердце его продолжало биться.