— Надеюсь, вы отдаете себе отчет в том, что я приехала в столицу к принцу Роланду Годдарту и все еще участвую в королевском отборе?! Именно поэтому мне ни к чему слышать от вас подобные вещи! Вернее, я не испытываю ни малейшего желания их выслушивать!..
— Все очень просто! — оскалился Эванс Максвелл, хотя, наверное, это должно было означать улыбку. — Очень скоро отбор для тебя закончится, Шерри! Я ведь могу тебя так называть?
— Нет, не можете! — заявила я холодно.
Но ему было все равно.
— Этим же вечером, Шерри, камень Годдартов подтвердит, что ты не годишься ни одному из них в жены, и тебя вышвырнут с отбора.
— Почему это я не гожусь?! — не выдержав, спросила у него, чувствуя, как к щекам прилила кровь.
На секунду мне показалось, что Эванс Максвелл что-то обо мне знает — то-то он смотрел на меня с таким превосходством во взгляде!..
Он давно уже в курсе, кто я такая, хотя до этого скрывал. Но сейчас он заявит, что я уже бывала с мужчинами, поэтому артефакт меня отвергнет, а остальные заклеймят позором…
Вместо этого Эванс Максвелл произнес совсем другое:
— Потому что ты потеряла память, а артефакту не нравятся увечные!
— Ах вот как! — выдохнула я, внезапно почувствовав невероятное облегчение. Значит, из-за того, что я потеряла память?! — Вот кто я, по-вашему?! Выходит, увечная? Как вы смеете говорить мне такие вещи?!
— Зато меня в тебе все вполне устраивает, — отозвался Эванс как ни в чем не бывало.
— А меня в вас нет, — заявила ему холодно. — Меня в вас ничего не устраивает, лорд Максвелл, поэтому уходите немедленно! Вы уже успели порядком наговорить мне неприятных вещей. Еще одна такая вещь, и я позову стражу!
Как жаль, что Ворсли еще не допустили меня охранять — они бы быстро стерли высокомерную ухмылку с лица младшего из Максвеллов!
Потому что на мою угрозу он лишь усмехнулся, и я порядком засомневалась в том, что стража придет мне на помощь. Эванс Максвелл вел себя так, словно этот сад давно уже принадлежал ему и он здесь хозяин.
— Советую держаться подле меня, — произнес он в подтверждение моим мыслям, — и быть ко мне благосклонной, Шерри, если ты хочешь и впредь оставаться во дворце! Потому что очень скоро здесь все изменится.
— И что же, по-вашему, здесь изменится? — поинтересовалась я.
Но он не стал ничего объяснять. Вместо этого заявил:
— Тебе стоило бы быть со мной поласковее, а не кривить свой нос. Потому что я — отличная партия, Шерри, и очень скоро ты в этом убедишься!..