Будь что будет, сказала я себе, а там уже посмотрим.
— Тогда не опаздывайте! — раздался ровный голос леди Аргал, вырвавший меня из размышлений. — Вам стоит явиться в Тронный Зал ровно к восьми часам вечера.
Затем распорядительница добавила, что для прибывших на отбор девушек открыт весь дворцовый комплекс, но покидать его и выходить наружу в город запрещено. Делается это исключительно ради самих избранниц, потому что только в стенах дворца им могут гарантировать безопасность.
Зато перемещаться можно везде, по всей территории дворца, не спрашивая на это позволения. Но, опять же, в целях безопасности стоит оставаться в своем Крыле и гулять только в Саду Избранниц.
То же самое касалось и встреч с другими мужчинами — ни эти встречи, ни другие мужчины не запрещены. Но при этом девушке стоит вести себя достойно, не забывая о том, кто она — избранница кронпринца — и с какой целью сюда прибыла.
И еще, что отбор происходит постоянно.
За нами пристально наблюдают, добавила леди Аргал, и о каждом нашем шаге докладывают ей лично и Роланду Годдарту. К концу отбора принц — конечно же, не без ее помощи — назовет ту, которая своим поведением и моральными качествами больше всех будет достойна высокого статуса королевы Ангора.
На это я подумала, что Изабель серьезно бы поспорила с леди Аргал о критериях отбора.
Но все же промолчала, вежливо улыбнувшись распорядительнице, когда та засобиралась уходить. Мы раскланялись, после чего я разбудила разоспавшуюся тетю Мюри, а затем долго занималась ее здоровьем, пока, наконец, не вспомнила, что и мне пора собираться на прием.
Горячая ванна помогла взбодриться, после чего с помощью горничных, сделавших мне парадную прическу, я облачилась в выбранное тетушкой платье. С трудом вырвалась из ее объятий — тетя Мюри, поднявшись с кровати, все же решила всплакнуть напоследок, — и отправилась, сопровождаемая лакеем, в Мраморный Холл.
Там меня уже поджидали.
Да-да, те самые представили каждой из партий.
Вильфред Моррис, одетый в роскошный камзол из светлого сукна, негромко переругивался с двумя северянами, так и не озадачившимися сменить серые туники на более подходящие для дворцового приема наряды. Правда, поверх они накинули потертые кожаные куртки, явно побывавшие вместе с хозяевами во множествах передряг.
Зато Мун Кин, как и в прошлый раз, был весь в черном, отчего показался мне похожим на нахохлившегося ворона. Стоял чуть в стороне, уставившись неподвижным взглядом на спорившую троицу.
