Внутри квартиры звучали нежные вздохи и легкий шепот. Я знала это дело — когда мужчина хочет, его жена становится невестой для альфа-персона. Плащевый замок поддался, ключ в скважину упал. Улыбка на моем лице была холоднее всего, что я видела недавно. В комнате царило странное спокойствие — или я выгорела от страстного дыхания двух человек?...
— А потому прекрасно понимал, что истинной парой Настя может быть разве что самому Улималю. А Рагрияра она не заинтересует даже будучи последней женщиной на Инидаре.
Дослушав девушку, Норвель отозвал в сторону своих теперь уже подданных. Минут пять эльфы что-то оживленно обсуждали.
Вернувшись, принц подошел к нам:
— Грэй, извини, но на твою свадьбу остаться не могу. К сожалению, я вынужден ехать домой.
— Не торопись, — вмешался Эдарий Пятый. — Ради всеобщего спокойствия казнить международного преступника ты можешь и на территории Эминдора.
"На лице принца, вернее, уже короля, отразилось заметное облегчение.
— Благодарю, — произнес он негромко. Затем обернулся к своим: — Киниэдалл, палачом будешь ты.
— Не сказать, чтобы я был сильно против, — усмехнулся тот. — Его кинжал у своего горла я еще долго не забуду.
— Но не думай, что это будет твоим единственным наказанием, — посулил Норвель. — По возвращению в Белаэр тебя ждет тюремное заключение на пять лет.
Киниэдалл кивнул со вздохом, но потом произнес:
— Благодарю за помилование, ваше величество.
Норвель перевел взгляд на другую пособницу Улималя. Та мелко задрожала. Килвин побледнел и крепче прижал ее к своей груди.
— Милиэлла, — новый король Белаэра сделал паузу. — Как я вижу, ты нашла свою любовь среди оборотней. Пускай они и решают твою судьбу.
Все так же испуганно прижимаясь к барону, Милиэлла обратила молящий взгляд на Рагрияра.
— Грэй, прошу тебя, — произнес Килвин.
В гостиной воцарилась гнетущая тишина. Рагрияр посмотрел на меня.
Я прошептала одними губами:
— Пусть будут счастливы.
— Ладно, Килвин. Не хочу заставлять тебя страдать, — в итоге решил альфа. — Но учти, что в Валгейне она остается под твою личную ответственность.
***
Бросив взгляд в окно, я заметила, что все оборотни зачем-то собрались на западной крепостной стене.
— Что они там забыли? — удивилась я.
— Через несколько минут за стеной состоится казнь Улималя, — поведал Рагрияр.
— Мы тоже сейчас идем туда.
Мы, это, очевидно, он с Эдарием — судя по тому, что король Эминдора стоял рядом с моим альфой.
— Я с вами! — решила я неожиданно даже для себя. Не то чтобы мне так уж не терпелось посмотреть на казнь. Но убедиться, что виновника всего этого кошмара больше нет, что эльфы не передумали его казнить, что он не сбежал, внезапно освободившись, казалось жизненно необходимым.
Мы поднялись на стену. Здесь были не только оборотни, но и люди, и Илвирэль.
