А затем резкую!
Вскрикиваю, распахивая ресницы, и вижу над собой черные звериные глаза. На дне зрачков их клубится безумие… И радость.
— Вот как, сладкая? Я знал… — шепчет он и усмехается довольно, а затем коротко целует меня в растерянно раскрытые губы, — моя теперь, чувствуешь? Моя. И будешь только моя всегда.
Я не могу сказать ни слова, боль, тупая и сильная, не дает сосредоточиться, пальцы невольно цепляются за мощные голые плечи…
— Моя… — опять шепчет Зверь… А затем двигается.
И я вскрикиваю.
— Не плачь, сладкая, не плачь… — он собирает мои слезы губами, шепчет и шепчет что-то, я даже не понимаю, что, настолько в голове мутно.
Не осознаю, что уже не пальцами, ногтями провожу по гладкой коже, Азат шипит и хрипло смеется. Как он может смеяться, когда мне так больно? Как он может…
Больше я ничего не могу запомнить.
Только качающийся огонек свечи, хриплое дыхание моего Зверя и свое выбивающееся из груди сердце.
Глава 25
Азат. Моя
Когда мне говорили, что женщина — корень всех бед мужчины, я только смеялся.
Разве это возможно? Мужчина, если он уважает себя, всегда спокоен и не позволит ни одной женщине затронуть это внутреннее спокойствие.
Женщин можно хотеть, да. Почему нет? Для того они и созданы.
Женщин можно уважать. Конечно. Я уважаю женщин. Не всех. Пожалуй, только одну. Мою маму. Она — поистине достойна уважения. А всем остальным нужно его еще заслужить.
В моей жизни было много женщин. Наверно, даже слишком много. Я не считал нужным себя ограничивать, особенно до женитьбы.
Да и после, на самом деле, тоже думал, что не буду. Думал, да. Раньше.
Конечно, у нас официально мужчина не может брать нескольких жен, но, в принципе, это не возбраняется. Все закрывают глаза. О чем говорить, если даже мой дядя, президент… ну да не будем об этом. Даже думать не стоит на такие темы.
В любом случае, я всегда знал, как себя вести и как относится к женщинам. Знал, что женюсь не по любви. Какая любовь, о чем вы?
Ну да, дед что-то мне говорил про Перозовых, про то, что сын его друга уехал в Европу, хорошо там живет, дочку растит.
Невесту мне.
Я не особенно вникал. Ну, живет и живет. Ну, растит и растит… Когда это еще будет? У меня дел полно.
Потом умер отец, и дед как-то очень резко сдал. Моментально, не успели земле тело отца предать, как через сорок дней…
Меня это подкосило тогда. Я отца, кажется, так не любил и не уважал, как деда. И его потеря была дикой неожиданностью, бедой.
