Автор
В зеркальных кабинках под потолком, разбитых при попытке убрать стеклянные обломки, отражаются искорки света. Я смотрю на осколки, которые еще только складываются в мраморную плиту сервиза, когда в доме царит атмосфера роскоши и грусти, предшествующая разрушению.
Если миледи так печётся, то можете остаться. Но леди Дей пройдёт с нами до конца, – тут дракон взял чародейку за руку.
— Как прикажете, – зло процедил сквозь забрало шлема охранник.
— Что у вас тут? – из тени послышался ещё один голос.
— Да вот, – Вессиан хмыкнул, – нас охраняют.
Когда Эйден вышел на свет магических светляков, мне стало намного легче, я даже попыталась улыбнуться, вышло наверно так себе, потому что все посмотрели на меня со страхом. Мысленно я пыталась снять себе оковы оцепенения, ничего не получилось.
— Пойдёмте, – произнёс Вессиан. – Время не ждёт.
Нужно было видеть лицо Ливанны, когда она заметила рядом со мной Лили.
Служитель храма – престарелый мужчина с добрым лицом, что должен был провести ритуал, уже стоял возле каменного алтаря. Красный балахон его подпоясывал белый шелковый шнурок, а на голове светилась что-то вроде тиары.
— Дети мои, – спокойно и мелодично начал он, – подойдите.
Я была словно неживая, и если бы не Эйден, так бы и осталась стоять на месте.
— Всё будет хорошо, – почти бесшумно произнёс дракон.
Да, всё будет хорошо, если я сумею открыть рот и сказать, что у Ливанны за пазухой припрятан артефакт, который сможет разбудить в тебе дракона! Но рот не открывался, словно его зашили. Краем глаза посмотрев на присутствующих, заметила, что Вессиан встал, никак положено слева, а справа, почти впритирку к Ливанне.
— Браво! Браво-браво-браво! – закричал и захлопал в ладоши один из стражников, и, по-моему, это был тот, что ткнул меня в спину по пути к храму. – Я и не думал, что вы вдвоём, – кивнул он на Вессиана и Эйдена, – сможете зайти так далеко! Отбор, свадьба, все эти приготовления! А наша милая помощница, ведь и не помощница во все? Так ведь? – охранник обратился ко мне.
— Что ты творишь?! – Ливанна взвизгнула дёрнувшись.
— Ах, дорогая моя, – мужчина снял шлем, и все теперь могли видеть его лицо. Как я и предполагала, это был Микель Андреас. – Ты что, наивно думала, я стану делиться властью? Не с тем связалась. Я тебе ни какой-нибудь ярмарочный шут.
