Автор
В романе "Невеста для графа" из серии британских историй постепенно раскрываются сложные отношения между графом и молодой невестой, вызывая у читателей чувство острого интереса к их судьбе. Атмосфера книги овеяна романтикой и драматургией, создающей неповторимую историческую обстановку времен королевской Англии XVII века....
– Увидев ее, он выдохнул с облегчением и добавил: – Слава богу…
– Вы пришли вымаливать прощение, сэр? – с холодной надменностью поинтересовалась Джорджиана.
Элиза вспыхнула, а Хью, не сводя с нее глаз, прохрипел:
– Да, именно так.
– Ну что ж… – начала Джорджиана, но Софи тотчас ее перебила:
– Пойдем-ка лучше проведаем Вэра. Может, расскажет нам что-нибудь новенькое.
Взяв Джорджиану под руку, Софи, не реагируя на протесты подруги, вывела ее из комнаты.
Хью закрыл за ними дверь, и теперь в комнате остались только они с Элизой.
Хью выглядел ужасно: был небритый, растрепанный, с покрасневшими от недосыпания глазами и темными кругами вокруг них, в несвежей одежде.
– Элиза, ты… здорова?
Ей хотелось подбежать к нему и расцеловать, успокоить, приласкать. Даже после всего случившегося желание заботиться о нем никуда не исчезло.
– Да, я здорова, – ответила она и, судорожно сглотнув, добавила: – Ты очень плохо выглядишь, Хью.
Едва заметно усмехнувшись, граф окинул взглядом свой костюм и пробормотал:
– Да, стоило бы побриться, а еще переодеться, но я не мог ждать.
«Он не мог ждать, не мог ждать…» – обрадовалась Элиза и зачем-то спросила:
– Как ты догадался, где меня искать?
– Не я, Генриетта."
"Из горла Элизы вырвался возглас удивления, и Хью расплылся в улыбке, сразу сделавшей его похожим на самого себя, на того сдержанно-ироничного и чуть насмешливого Хью, которого она так любила.
– Ты рассказывала ей о своей бывшей школе, и она поняла, что школа так же тебе дорога, как и дом, в котором ты выросла.
– Ты ездил в Гринвич? – удивилась Элиза. Голос ее дрогнул, несмотря на все старания сохранять хладнокровие. Что же сказал ему папа? И что он сказал отцу?
– Да, сегодня утром. – Хью коснулся подбородка, поросшего щетиной. – Мы с твоим отцом никогда не были друзьями, но…
Муж внезапно умолк, и Элиза замерла в напряженном ожидании.
– Но он очень любит тебя, – продолжил Хью. – И готов ради тебя на все.
Элиза промолчала. Было ясно, что папа не стал перед Хью извиняться, как впрочем, и перед ней.
– Отец не прав, – прошептала Элиза. – То, что он сделал, отвратительно, ужасно…
Хью кивнул.
– Да, разумеется. Но я почти готов его простить за одну фразу.
Элиза вздрогнула.
– Какую?..
– Он сказал, что хотел лишь одного: чтобы я на тебя посмотрел.
