– Ты же не собираешься держать меня тут до утра, господин Громов?
– Хм…
Что-то мне его реакция не понравилась. Вернее, понравилась, но просто так сдаваться я не намерена. Кто знает, может, эта ситуация с оранжереей – его обычный способ заманить девушек и… Совсем не хотелось стать одной из многих. Алекс мне нравился, и даже очень, сложно это отрицать, но…
Я лучше кактус сфотографирую, всяко пользы больше.
И приподнялась.
– Сядь уже, Эвелина, – не выдержал Алекс, снова дергая меня вниз. Я шлепнулась на землю и ударилась коленками, несмотря на плотный пушистый плед. Ну и способы ухаживания у вас, Алекс Великий, ни дать, ни взять – демон во плоти. И что самое главное – его глаза зажглись ярким зеленым пламенем.
Помогите, выжигают!
Краем глаза я заметила недалеко от пледа огромный серебряный поднос с нарезанными фруктами. Больше всего меня привлекли полукружья апельсина."
"Я вцепилась зубами в одно, а вторым удачно закрыла рот Александра Соблазнителя. Правда, намеренно попала не сразу, качественно измазав шикарный, почти греческий нос господина Громова. Он поморщился, но я живенько запихнула цитрус ему в рот. Вместе с кожурой. А что? По последним данным из Интернета, она жутко полезна.
– Все для вас, Александр Сергеевич, – довольно заявила я. – Вы, главное, жуйте, не…
– …обляпайтесь? – нарочито ласково спросил он.
Я пожала плечами.
– Ну зачем же грязь разводить, здесь и салфеточки имеются. – И резво ткнула стопкой салфеток в лицо Громову, но он успел увернуться. – Ой, простите…
Александр Грозный резко приподнялся, встав передо мной во всей своей красе. Очень притягательный и очень злой начальник. Поэтому сейчас мне придет феерический кирдык.
Умеешь ты, Лазарева, испортить романтическую обстановку, феи на тебя нет! Впрочем, Алекс Невыносимый тоже не промах!
Я почему-то вцепилась в фотоаппарат и начала потихоньку, на коленочках, отползать по пледу назад. Громов взглядом хищника, забавляющегося с жертвой, лениво следил за моими передвижениями, сжимая в руке остатки кожуры. Из его крепко сжатой лапищи сочился сок, прямо на многострадальный плед.
– Не жалеете вы ваших прачек, Александр Сергеевич, – пробормотала я.
– У меня промышленная стиральная машина, Эвелина Алексеевна, – парировал он. А потом ехидно добавил: – Птичка Колибри.
Ах, так?!
Но помощь подоспела, откуда не ждали! Огромная тропическая бабочка, недолго думая, приземлилась прямо на нос Алекса. О да, не зря я его апельсином обмазывала! Громов настолько опешил, что застыл на мгновение, а мои руки непроизвольно поднесли фотоаппарат к лицу, и уже через секунду я сделала серию снимков этого чуда чудного и дива дивного. Особенно эффектно хозяин виллы смотрелся на фоне цветущей ""Царицы ночи"".