Эвелина открывает дверь в загадочную и захватывающую жизнь Алекса Грома — миллионера, ставшего отборным женихом для невест. Ксюша поражена неожиданностью проекта подруги, а Оксана Владимировна спрашивает: кто же этот загадочный миллионер? Внутренняя жизнь Алекса впервые становится общедоступной, и Эвелина готовится к невероятному заданию....
Вернее, не из моей, а из нашей с Майклом. Ты же не хочешь на него наткнуться?
Я замотала головой и резво сбросила с себя одежду. После всех процедур мне не отдали футболку, в которой я приехала, а заставили надеть какую-то рубашку на пуговицах. Мол, чтобы при переодевании я не повредила прическу. Фея все предусмотрела…
Сама она переодевалась со скоростью света. Пока я возилась с чулками, она уже натягивала на себя переливающееся ярко-голубое платье чуть выше колена. Я порадовалась: Ксю отошла от своего любимого канона – юбок, больше похожих на пояс.
Но радовалась я, как оказалось, преждевременно. Фея решительно подошла ко мне и сунула в руки плечики с болтающимся на нем ярко-красным платьем. Я сглотнула. Ни разу не позволяла себе таких расцветок. А уж когда натянула легкий шелк с жесткой сеткой подъюбника, поняла, что это для меня слишком! Я даже сверху свои ноги вижу едва ли не полностью! Правда, сзади икры холодил все тот же шелк, но…
Не слушая робких возражений, Антонова решительно застегнула молнию на моем платье и поцокала языком.
– Туфли, Золушка, – напомнила она, вытаскивая из коробки сногсшибательную пару обуви. Если что – сногсшибательная – это не фигура речи! Изящные лодочки имели платформу в два пальца толщиной и каблуки сантиметров двенадцать, а то и тринадцать… Казалось, они были сделаны из настоящего перламутра, который отражал малейший лучик света и буквально ослеплял. Не обувь, а оружие массового поражения!
Хрустальные туфельки… Но ослепить ими необходимо только одного…
– Я упаду, – потерянно заявила я, а ступни уже сами потянулись к этому произведению искусства.
– Не упадешь, – отмахнулась фея. – Зря я, что ли, тебя учила?! Но с непривычки можешь устать, так что танцуй не больше часа, Золушка. Как раз до двенадцати.
Ксюша хихикнула, но мне было не до смеха. Я сунула ноги в лодочки и поняла, что они будто созданы для меня. Размер, ширина… нигде не жало, не натирало, и мне было даже комфортнее, чем в кроссовках. Идеально!
Вот только двигаться в них все равно не могу.
– А это что?"
"Фея шагнула к кровати и подхватила с покрывала какую-то коробочку, перетянутую красной ленточкой. Получив мое согласие (я все еще не рисковала и шага сделать), Антонова сдернула подарочную обертку и недоуменно уставилась на содержимое.
– Ну что там? – нетерпеливо спросила я, придерживаясь за столик у зеркала.
Оксана подошла ближе и сунула коробочку мне под нос.
