Эвелина открывает дверь в загадочную и захватывающую жизнь Алекса Грома — миллионера, ставшего отборным женихом для невест. Ксюша поражена неожиданностью проекта подруги, а Оксана Владимировна спрашивает: кто же этот загадочный миллионер? Внутренняя жизнь Алекса впервые становится общедоступной, и Эвелина готовится к невероятному заданию....
– То есть, ты хочешь сказать, что в лифте я целовал крокодила, а сейчас передо мной прекраснейшая из прекраснейших? Заклятие а-ля принцесса Фиона сняли подкручиванием ресниц и парой масок в дурацком спа-салоне?! Да этому заведению цены нет! Я, пожалуй, ему еще денег отсыплю, а лучше выкуплю. Там ведь не лицо ""рисуют"", а придают уверенности в себе. А это намного важнее.
Что он сказал?!
– Крокодил?! – ни капли не обидевшись, охнула я, исключительно ради проформы. Потому что сердце против воли запрыгало так, что грозилось разорвать грудную клетку.
Но смутить Алекса Грома было невозможно!
– Вот только не надо придираться к словам, Лазарева, ты прекрасно поняла все, что я хотел тебе сказать, – улыбнулся он.
Нельзя быть таким умным, господин Громов. Даже закушенная щека не помогла – ответная улыбка все равно растянула мои губы.
Изумрудные глаза сверкнули, а теплые ладони еще крепче прижали меня к твердому телу.
– Сделай одолжение, не строй из себя дурочку набитую. Хотя даже в этом ты прекрасна, Колибри, – прошептал он.
Поцелуй меня ошеломил. Выбил из легких весь воздух, заставил прижаться к Алексу еще крепче и раствориться в его страстных объятьях и жарких поцелуях. Голова кружилась; я обняла Громова за шею, и мы оба застонали, сплетаясь языками в сумасшедшем танце.
Хорошо, что фея настояла на несмываемой помаде! Как знала!
А еще меня куда-то понесли, и самое удивительное – я и не думала сопротивляться…
Алекс неожиданно прервал поцелуй – и только тогда я услышала чужие возмущенные голоса.
Щеки Виолетты покраснели, она тяжело дышала, и то и дело сдувала со лба белокурый локон. Из-за ее плеча выглядывала любопытная Лера, потерянная Анна и прочие ошарашенные участницы отбора.
– Алекс, как это понимать?! – не выдержала Дементьева, почти срываясь на крик. Появившиеся из соседнего коридора Майкл в обнимку с Ксюшей дружно закатили глаза. Фея демонстративно начала разминать пальчики и проверять маникюр – грозное женское оружие.
Я ее обожаю!
– А третья часть Марлезонского балета существует? – поинтересовалась я, уткнувшись в ключицу Громова.
