В этой книге вы встретите подруги детства, которые теперь выросли и живут по-разному: одна в мирной жизни, другая — на службе. Аромат шоколада смешивается с нотами приготовленного завтрака, создавая уютную атмосферу в просторной избе. Позвольте вам заглянуть внутрь этой истории, где даже обычные дни могут взбеситься и оставить яркий след в сердцах героев....
Слышу скрип открываемой двери, и мы, наконец-то, оказываемся в тепле. Внутри замка.
По щелчку пальцев загорается тусклый магический светильник, и я вижу комнату. За панорамными окнами во всю стену воет ветер и шумит море, а мы спрятались от всего этого.
Меня мягко опускают на пол. Пока лорд Грейвуд куда-то уходит, я осматриваюсь.
Это спальня с большой кроватью и серым балдахином.
В углу рабочий стол с аккуратно сложенными стопочкой листами пергамента, придавленными тщательно закрученной чернильницей. Ровные ряды подставок под перьевые ручки и карандаши с остро заточенными грифелями.
Вздрагиваю от внезапного объятия со спины. Жмурюсь от поцелуя в шею. Откидываю голову назад, на мужскую грудь, позволяя чужим опытным рукам ловко ослаблять шнуровку платья. Меня потряхивает от ощущений, острых в своей новизне."
"Никто и никогда не касался меня так, как это делает он. Его рука уверенно скользит под ставшим свободным платьем со спины на талию, вверх по животу, оглаживает грудь.
Закусываю губу, чтобы не застонать в голос. От места его касания по всему телу бегут мурашки. Вершинки груди каменные, внизу живота неясная пульсация. Всё происходящее кажется правильным, по-другому и быть не может, ни с кем и никак.
Лианда, хриплый шёпот на ухо, и меня разворачивает резко.
Упираюсь глазами в обнажённую мужскую грудь в вырезе расстёгнутой белой рубашки. Пока я смотрела по сторонам, он успел снять камзол и жилет.
Касаюсь подушечками пальцев гладкой и твёрдой мужской груди.
Подаюсь к нему ближе, расправляю в стороны ткань рубашки, желая увидеть больше, прислоняюсь щекой к тёплой коже, втягиваю носом её аромат.
Так пахнет только он: сандалом, уверенностью, умом, надёжностью, властью, смешанными с теплом тела. Непередаваемо.
Касаюсь губами напряжённых мышц, слышу над головой шумный вздох.
Тёмный ректор приподнимает мой подбородок, заставляя посмотреть на себя.
В его глазах тьма и поволока желания, новое для меня сочетание, незнакомое, волнительное, щекочущее нервы.
Наклоняется ко мне и выдыхает в губы:
Я хочу тебя, Лианда, моя упрямая смелая девочка, смещает руку мне на затылок, зарывается ею в волосы, с ума по тебе схожу, не знаю, когда это началось, наверное, с первого же дня, когда ты вздумала мне отказать. Уже тогда понял, что никуда ты не денешься. Решил, что сделаю тебя своей.
Так сделай! смотрю на него бесстрашно и прямо в упор, в глаза, в самую душу.
