И вообще, лучше притвориться, что они влюблены друг в друга без памяти.
К счастью, это не составляло особого труда, потому что она была идеальной партнершей – легкой на подъем и приятной для глаз. Ее мягкие светлые волосы были закручены спиралью высоко на затылке, а нежные черты лица обрамляли завитки легких кудряшек. Переливчатый же голубоватый цвет платья оттенял молочную кожу. И было радостно сознавать, что она принадлежала ему одному и что ни один мужчина не вызывал из ее груди крика экстаза. Кружась с ним в танце, она улыбалась, являя собой чудесную картину – женщину, наслаждавшуюся жизнью в полной мере.
И все же Нейт не мог выбросить из головы образ Мадлен, наблюдавшей за Харрингтоном.
– Ты так и не ответила мне, – проговорил он, искусно ведя ее в танце между других пар. – Ты не сожалеешь?
– Что променяла маркиза на тебя? Конечно, нет. Меня бы не пригласили на этот бал, будь я содержанкой. – Она говорила так тихо, что ему пришлось наклониться пониже, чтобы расслышать ее. Подняв на него мерцающие глаза, она посмотрела на него с немного жеманной улыбкой и добавила: – Однако через несколько месяцев ты покинешь Англию, так что я останусь в одиночестве. Возможно, я тогда рассмотрю кандидатуру Харрингтона на роль любовника.
Нейтан вздрогнул от неожиданности, но тут же заставил себя хмыкнуть и спросил:
– Ты про этого серого пса? Да он наскучит тебе – не пройдет и минуты.
– Думаешь? Но я нахожу его ум весьма впечатляющим. И вообще, здесь вполне достаточно мужчин, способных составить приятную компанию брошенной жене.
Мадлен окинула взглядом танцующих – словно искала компаньона для будущих любовных свиданий.
«Кокетка нарочно меня провоцирует», – решил Нейтан. Но он не позволит ей выйти сухой из воды. Наклонившись к самому ее уху, он тихо проговорил:
– Возможно, ты этого еще не сознаешь, дорогая, но я испортил тебя для любого другого мужчины.
– Нет, ты всего лишь пробудил мои желания. – Ее большие голубые глаза смотрели на него с вызовом. – Ты открыл для меня мир наслаждения, так что теперь вряд ли вправе ожидать, что я буду жить как монашенка. Это было бы, по меньшей мере, несправедливо, поскольку ты сам наверняка будешь развлекаться с женщинами в своих странствиях.
Почему-то эта тема оказалась более неприятной, чем Нейт ожидал. Ему ужасно не хотелось признавать правоту ее слов, и еще меньше хотелось представлять Мадлен в объятиях любовника. Поэтому следовало поставить ее на место!
– Этот разговор абсурден, – проворчал Нейт. – Последние две недели ты училась быть настоящей леди, чтобы помочь Эмили, поэтому не станешь делать ничего такого, что повредит моей сестре.
– Эмили рано или поздно выйдет замуж. Возможно, уже в конце года. Как только ее будущее устроится, я буду свободна.