Автор
Взять меня позволить, как вещь нежданную. Сердце вот-вот из груди выскочит, а кровь в ушах бьёт так сильно, что всё остальное мёртвое слушать не даёт. Бежать нужно, нужно было раньше, когда шанс давался. Меня отправить к окну ванной – туда зеркало как проволочка, пышное платье протиснется. Сегодня весь персонал на праздник собрался - смогу улизнуть мимо них. Иду по просёлке, пока не зацеплюсь за машину....
– Ты серьёзно?
– Ответ или верх купальника, - отступаю немного, будто ей от этого легче станет.
Ася кивает и глаза к потолку возводит. Жмурится, когда медленно завязки распускает. Тонкие нитки вдоль шеи падают, медленно грудь оголяя. Она у Аси маленькая, аккуратная и охрененная. Моя ладонь сама её сжимает, до того, как девушка окончательно развязать успевает.
Моя девочка всхлипывает и губы кусает. Выгибается, стоит кожу втянуть. Сосок прикусить, пока громко стонать не начнёт. Хлоркой отдает, но её сладкий вкус всё перебивает.
– Почему… - хрипло выпаливает, прерываясь. – Вопросы, Дамир.
– Так задавай.
Самодовольно произношу, зная, что не может двух слов связать. Хрипит и вспыхивает, когда сильнее пальцы на груди сжимаю. Ласкаю поочередно. Стояком меж разведённых ног толкаюсь. Даже сквозь толщу воды и бельё пробирает от того, какая жаркая она. Как у неё всё пылает. Влажное, мокрое, готовое для меня.
Знаю, что в этот раз спешить не стоит. Не здесь, не сейчас Асю брать. Она раскрасневшаяся, с глазами горящими.
– Дамир.
Просит, на пальцы насаживается. Сама двигается, стоит подушечками клитор очертить. Надавить слегка, крик вырвать. Сильнее, пока трястись не начнёт. Сжиматься жадно, когда палец один проталкиваю внутрь. Вскрикивает, а каждый её стон – лучший, блять, звук во Вселенной.
– Влажная, - довольно произношу. – Горячая такая. Давай, девочка моя, кончи для меня.
Её выгибает, когда быстрее двигаться начинаю. Легко к краю шагает, содрогаясь. Сжимается, кричит и ко мне жмётся. Её долго трясёт в моих объятиях, пока снова взгляд не фокусирует на мне.
Ноги опускает, чтобы под воду не уйти. Я держу её, но Асе больше нужно. Хватается, ладонями бёдра мои сжимает. Грудь вздымается, её шатает. И это охрененный вид.
– Мой вопрос, - напоминает. Это блядскую игру продолжает. – Почему ты постоянно говоришь об изменах, подозреваешь. Ты сказал, что знаешь, что я не такая.
Это, блять, худший вопрос, который задать могла. Самый правильный, самый важный. Желанием не перебить, потому что опять её от себя оттолкну. Только правда тут нужна, а мне эта правда глотку дерёт. Вздохнуть не даёт, когда слова давлю:
– Потому что если ты сейчас захочешь уйти, я больше не буду тебя останавливать.
– Отлично, - Ася улыбается слабо. – Значит, я свободна и могу уходить?
Её ответ мне сердце разбивает.
