Даша открыла глаза и ошеломленно вздохнула — вот так случайно попала в сцену из будущего! Последнее, что она запомнила, — мгновенная реакция аудитории на ее выход на сцену. Но сейчас она здесь, и все вокруг кажется странным, словно волшебное королевство Фараона.
— Такое уж тут место, милая. Все личное перестает быть тайным, — усмехнулся Осар.
Я и до того была не совсем уверена, стоит ли заводить с Дашей этот разговор. А сейчас, когда на меня смотрят 42 бога всех Септов моей родины, да еще с сотню храмовых и городских покровителей, мне и вовсе затея показалась безобразной. Но все ждали от меня откровений. Даже Сашка перестал пялиться на Осара и перевел на меня свой ошалелый взгляд. Понимал ли он, что я собираюсь его убить?
— Не надо ничего говорить, — вдруг громко заявил Ахмес, — Этот воин упал в реку по моей вине.
— Э?! — похоже Романову никто не объяснил, в чем суть происходящего. Он хлопал глазами, открывал и закрывал рот. И походил сейчас на рыбину, вытащенную рыбаками из сетей.
Осар же отрицательно покачал головой, а потом пояснил:
— Ты уже прошел суд и оправдан. Какой смысл проходить его еще раз.
— Тогда это могу сделать я, — у меня были на то свои причины.
— Увы, но и это невозможно, — ответил Джахути, — Формально вы с Ахмесом только что оправданы на суде Осара.
— Перестаньте! — хрипло выкрикнул Саша, — Не надо меня спасать. Дашка, даже не думай ради меня рисковать своей жизнью. Что случилось, уже не вернешь. Значит так тому и быть!
— Я бы не стал заявлять столь категорично, — Джахути склонил голову на бок, — Спасти тебя, воин, еще можно. Не стоит отчаиваться.
Кажется, ему понравился суд над Ахмесом. У него на лице написано, как ему хочется продолжения.
— Хотелось бы все-таки услышать, Танеферт, что ты собиралась поведать Даше про Романова, прежде чем она решится поместить свое сердце на весы Маат.
— Я… — говорить не хотелось. Она хлопнула большими, доверчивыми глазами и ободряюще улыбнулась.
