Забыла, что хотела ответить, кажется, съязвить… сказать, что-то колкое… но могла лишь смотреть, испытывая почти болезненное желание прикоснуться к этим манящим губам…
Судорожно вдохнула, будто рыба, выброшенная на берег, и отстранилась, сбрасывая с себя плед. Надо что-сто сказать, чтобы разрушить эту нездоровую атмосферу.
В дверь постучали.
Граф мигом оказался на ногах.
— Входите, — неожиданно хрипло произнес он и прочистил горло, мельком взглянув на меня.
В кабинет вошел помощник инквизитора, держа под руку златовласую.
— Девушка взяла из тайника ингредиенты с книгой, и пытались подбросить их в покои ведьмы, — Дэс особо не церемонился, не утруждал себя вежливостью, а на меня смотрел настороженно.
Златовласая упрямо поджала губы и отвернулась, всем своим видом демонстрируя, что будет молчать.
— Оставьте нас, — сдержанно произнес Граф. — Я должен принять решение.
— Всего доброго, господин Де Камелье, — я учтиво поклонилась, радуясь, что наконец можно сбежать, но…
Граф шагнул ко мне, заслоняя спиной от остальных: его сильная рука сжала мое плечо, он наклонился к моему уху и прошептал:
— Я приду поздно вечером. Потрудись не заснуть… — дыхание опалило кожу…
Кивнула и выскользнула за дверь, зная, что Дэс последует за мной. Безмолвной, бесшумной тенью, помогая графу быть в курсе каждого моего шага.
Вернувшись в покои, я занялась делами.
Вилма подала чай с плюшками, а я приступила к изготовлению нового аромата. Вдохновение, так неожиданно нахлынувшее, не желало меня отпускать, а я не желала упускать такой момент.
И пусть под рукой ничего нет, я даже не могу понюхать ароматы, которые приходят в голову, но я могу записывать, чтобы Стефан потом смешал и отписался мне что и с чем сочетается. Сделал пробники…
— Госпожа, — Вилма поклонилась, упирая руки в белый передник. — Просили передать, что экскурсия в оранжерею переносится на завтра, а всех невест ждут в церемониальном зале через полчаса.
— Пойду так, — отмахнулась я, дописывая письмо. — А вы отправьте это, как будет готово. Конверт оставлю на столе.
— А волосы, госпожа? — не унималась Вилма. — Они уже растрепались. А макияж?
— Ерунда, — беспечно улыбнулась и уткнулась взглядом в наполовину исписанный лист…
В церемониальном зале царило напряжение. Невесты заняли свои места на стульях с бархатными спинками и замерли в ожидании объявления. Акли не торопился. Сегодня он нарядился во все черное и, признаться, ему к лицу: цвет подчеркивает выразительность глаз и оттеняет светлые волосы."
"Я же чувствовала направленный на меня внимательный взгляд серых глаз с другого конца зала.
Граф почтил вниманием своих «невест», и я лишь могу надеяться, что это действительно граф… Наверное, с златовласой уже закончили.