И какая зараза оживила мою вторую половинку? Найти бы и руки поотрывать!Нет, я не называю так романтично парня свой мечты, он вполне себе жив, язвителен и надоедлив. Я говорю именно про свою вторую половину. Ту часть меня, которую убила Клементина Астаросская, настоящая дочь моих родителей.Слишком сложно, да? А с некромантами по-другому и не бывает. И-и-и, поехали!...
Он всё ещё любил меня, верно? Должна ли я забыть это и отойти в сторону, или в сторону придётся подвинуться самой Наперстянке, которой достанется лишь официальный браслет? Я всё равно больше не могла быть ничьей невестой, так может это знак, а не то, что я думала раньше? Я могу написать указ, узаконившую такие отношения королевских особ с подданными, включая женатых.
Я знала, это была чудовищная слабость, но я позволила себе поразмышлять об этом, пока Даррен шёл к моему трону. Может, он собирался предложить мне это. Может, снова хотел извиниться, а может…
Я не знала, что он хотел, потому что в этот момент двери в зал распахнулись широко, а ведь все выходили в скромную щель, оставленную невидимками именно для этого.
И в зал влетела Наперстянка.
Я вздрогнула, словно меня уже застали с чужим мужем. И это ощущение… я поняла, что не хочу его испытать по-настоящему.
Замер и Даррен, не дойдя до меня несколько шагов.
Но Наперстянке было не до этого. Её шаль сбилась, и яркие алые волосы полоскались от бега, как кровавое полотно.
— Там! Там! — она в ужасе открывала и закрывала рот, не в силах продолжить говорить. Её глаза, нашедшие мой взгляд, были полны этого же ужаса, и неприятное предчувствие больно кольнуло моё сердце.
Я поднялась с трона и шагнула на скамеечку. Ещё шаг.
Но в этот момент в распахнутые двери вбежал Викуэль. Белый как смерть, белее даже Чичи! И он тоже устремился ко мне.
— Белка! — он впервые позволил называть меня в официальной обстановке так, но я об этом даже не заикнулась, ведь в отличие от Наперстянки, он сумел продолжить. — Белка, Софи… она мертва!
Я покачнулась.
Этого. Не. Может. Быть.
— Мертва, — шёпотом подтвердила Наперстянка и расплакалась.
А я не могла даже этого."
