Автор
В окружении парка и каменных стен Элм-Холла, где она должна была выступить в качестве невесты, но вместо этого — невесты-изменницы, Дьюар стоял неподвижно, глядя на все еще свежую краску, оставленную ее траурным платьем. Ярость кипела в нем, несмотря ни на какие боли и старания скрыть это....
— Вы сознаете, что чрезмерное использование препарата может вызвать изменения личности и даже смерть?
— Сознаю.
— Могу ли я предположить, что вы намереваетесь помочь графине в выздоровлении?
— Да, — заставил себя произнести Рис.
— Значит, вам придется обеспечить ей безопасное проживание, пока дело не разрешится.
Темные глаза доктора смотрели на него с тревогой.
Элизабет придется остаться у него. Рано или поздно об этом станет известно, и, если у нее не будет компаньонки, поднимется невообразимый скандал.
— Я попрошу тетю пожить здесь, пока Элизабет не поправится. Уверен, она не откажется.
Хотя в действительности такой уверенности у Риса не было. Его тетка Агата, вдовствующая графиня Тависток, горячо порицала Элизабет за то, что та вышла замуж за графа Олдриджа. Поскольку своих детей у нее не было, она яростно заботилась о трех двоюродных племянниках. К тому же она знала, как сильно Рис был уязвлен.
Все же он верил, что она приедет хотя бы ради того, чтобы защитить его от женщины, которую считала ядовитой гадюкой, испортившей ему жизнь.
Идея, что он нуждается в защите от маленькой темноволосой женщины, наверное, заставила бы Риса улыбнуться, если бы не воспоминание о том, как отреагировало утром на нее его собственное тело. Даже сейчас, представляя ее лежащей в постели, он ощутил нарастающее возбуждение.
Ему нужна женщина, сказал себе Рис и пообещал себе заняться поиском подруги, как только позволят обстоятельства.
А пока придется провести кое-какую следственную работу и разузнать о Мейсоне и Френсис Холлоуэй и о жизни Элизабет с мужем.
О чем ему меньше всего хотелось бы знать.
Элизабет лежала, обливаясь потом. Время от времени ее била дрожь. Дважды ее рвало в ночной горшок, который поставила рядом с кроватью маленькая горничная по имени Джильда. Настойка опия, сказал доктор. Еще он сказал, что она страдает от абстинентного синдрома, поскольку, вероятно, получала препарат ежедневно, но по истечении нескольких дней ее муки должны закончиться и она поправится.
О чем-то подобном Элизабет догадывалась, но не могла представить, как давали ей средство. Возможно, добавляли мелкий белый порошок в еду. Она правильно сделала, что сбежала. Новые спазмы в животе грозили снова вывернуть желудок наизнанку.
Но несмотря на неприязнь Риса, здесь она в безопасности.
