Автор
В окружении парка и каменных стен Элм-Холла, где она должна была выступить в качестве невесты, но вместо этого — невесты-изменницы, Дьюар стоял неподвижно, глядя на все еще свежую краску, оставленную ее траурным платьем. Ярость кипела в нем, несмотря ни на какие боли и старания скрыть это....
Сын любил лошадей, и Элизабет позволила ему завести себя в прохладную тень сарая.
Одно из животных тихо заржало, и Джеред заспешил к этому стойлу. Красивая гнедая лошадь тянула морду над дверцей стойла.
— Какая же она красивая! — произнес мальчик с благоговением, держась, однако, на расстоянии.
В Олдридж-Парке ему запрещали подходить к лошадям, но он часто наблюдал за ними на выгоне.
— Да, она прекрасна.
— Посмотри, мама, у нее на лбу звездочка.
Ни она, ни мальчик не заметили Риса и еще какого-то мужчину, стоявших в тени.
— Вижу, вы чувствуете себя лучше, — сказал Рис, отступая в сторону.
Ощутив, как начинает сводить от напряжения живот, Элизабет мысленно взмолилась, чтобы он не выставил ее вон, пока она полностью не поправится.
— Значительно лучше. Спасибо. Я подумала, что можно выйти подышать свежим воздухом.
— Это мой добрый друг капитан Грир, — сказал Рис, представляя второго мужчину. — Мы несколько лет вместе служили в армии.
Мужчина был среднего роста, с золотисто-русыми волосами, квадратным подбородком и очками в золотой оправе.
— Приятно познакомиться, капитан Грир.
— Мне тоже, миледи. Майор обмолвился мне, что вы с сыном у него в гостях.
— Лорд Рис был чрезвычайно любезен.
У Риса затвердела линия подбородка, и он перенес внимание на Джереда, застывшего, как статуя, перед стойлом с маленькой кобылкой.
— Тебе нравятся лошади, Джеред? — спросил Рис.
Мальчик молча кивнул.
— Ее зовут Старлайт. Она чистокровка и скоро станет матерью.
У Джереда округлились глаза.
— У нее будет ребенок?
— Жеребенок. Его отец — вон тот большой рыжий жеребец с черной гривой и хвостом. Александр. Ты, возможно, видел его в поле на прогулке.
Мальчик кивнул.
— Он очень быстро бегает.
— Это правда. В будущем я собираюсь выставить на бега его жеребят.
Рис переключил внимание на Элизабет. Он уже сказал Джереду больше слов, чем Эдмунд за те полгода, что предшествовали несчастному случаю, ставшему причиной его гибели.
Ярко-голубые глаза Риса сосредоточились на лице Элизабет, усилив ее нервозность.
— Я… я не знала, что вы здесь. Мне не хотелось вам мешать. Джеред любит лошадей. Я подумала, что вы не станете возражать.
Рис посмотрел на мальчика, который все еще не мог оторвать глаз от кобылы. Выражение острого желания подойти поближе, так явно написанное на лице Джереда, заставило ее сердце сжаться.
Рис, вероятно, это заметил.
— Это очень смирная лошадка.
