Кто боится кладбищ? Юрка это уже знает: нужно только быть живым и не подозревать никого в убийствах. Но некоторые сторожа кладбищ нашли другое применение – они торгуют криминальными трупами, отведя их на склады для уборки. И вот он — новый клиент: невеста мафии требует услуги по захоронению ее покойного возлюбленного в странный момент после ссоры. Юрка погрузит его тело и сделает все необходимое, не задумываясь. Но что скрывается за этим простым заказом?...
Я работаю, значит, живу… А работать я могу долго-долго… И получать за работу завтрак, обед и ужин… Сейчас я нажрусь от пуза, и все мои сомнения растворятся под ватным покрывалом сытости. А завтра утром я снова смогу поесть, и в обед тоже, и вечером…
Но я не хотел жрать. Я хотел есть. В нормальных условиях, как человек, а не свинья… Я нарочно задержался в шахте, чтобы опоздать на ужин. Жалел об этом, очень жалел. Но все же уже не проклинал себя за дурость. Голод уже не так мучил меня, как прежде…
В наш подземный барак я зашел, когда раздатчик уже убрался, избавив меня от опасного соблазна.
– Петрович! Опять ты опоздал! – засмеялся, глядя на меня, бригадир.
Он был такой же мокрый и чумазый, как мы все. Но в отличие от рабочих у него был осмысленный взгляд. Я подозревал, что и в моих глазах сейчас можно было увидеть проблеск живого сознания. Поэтому пошел на хитрость и прикинулся слабоумным.
– Ага, опоздал… А еда где?
– Уехала еда.
– А я есть хочу!
– Сам виноват.
– Бабу хочу!
– Баба у тебя была вчера, – мотнул головой бригадир.
Я промолчал, спрятавшись за спины своих несчастных товарищей. Но когда бригадир, отобрав трех счастливчиков, повел их за собой к выходу из шахты, я последовал за ним.
– Петрович, ты куда? – возмущенно посмотрел на меня он.
– Ы-ы… Надо… Ы-ы… – Я старательно изображал из себя говорящую обезьяну, до уровня которой больше не хотел опускаться."
"– Давай, завтра! – неуверенно мотнул головой бригадир.
– Я есть хочу!
Это был аргумент.
– Ну хорошо, уговорил, – сдался бригадир.
Я еще ощущал на себе власть, порабощающую сознание. И все еще сомневался в том, что поступил правильно, решившись на побег. Но уже пытался анализировать ситуацию, смотрел, куда мы идем, как запускается лифт, на котором нас подняли на поверхность.
Как и вчера, в лагере было уже темно.
Видел я и деревянное сооружение без вывески, из распахнутых дверей которого доносилась танцевальная музыка.
