Капитан милиции Петрович влюбляется в прекрасную женщину, не подозревая, что она связана с мафией. Любовь затмевает его разум, и опытный сыщик не замечает опасности, которая грозит ему со всех сторон. Между преступным миром и чувством к возлюбленной герой должен сделать невозможный выбор.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Невеста мафии»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Капитан милиции Петрович влюбляется в прекрасную женщину, не подозревая, что она связана с мафией. Любовь затмевает его разум, и опытный сыщик не замечает опасности, которая грозит ему со всех сторон. Между преступным миром и чувством к возлюбленной герой должен сделать невозможный выбор.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Капитан милиции Петрович влюбляется в прекрасную женщину, не подозревая, что она связана с мафией. Любовь затмевает его разум, и опытный сыщик не замечает опасности, которая грозит ему со всех сторон. Между преступным миром и чувством к возлюбленной герой должен сделать невозможный выбор.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Даже телефона при нем не было. Только пистолет, запасная обойма и квадратик презерватива в маленьком кармане джинсов.
– Это ты правильно делаешь, – сказал я, бросив упакованную резинку в карман своей куртки. – А то залетит какая-то бедняжка, родит потом такого же урода, как ты…
Мне нужно было пронять задержанного, разозлить его, разговорить, но тот плотно сжимал губы, пытаясь прожечь меня взглядом.
– Один уже залетел, – продолжал я. – По твоей милости. С десятого этажа на землю. Берестов его фамилия. Друг твой, да?
Шрам упорно молчал, и злиться начал я.
– А хочешь, я тебе вторую коленку прострелю? И скажу, что так и было…
Я приставил ствол пистолета к здоровой коленке, и парень дернулся, как будто я уже выстрелил в него. Страх перед болью сильно тряхнул его изнутри, но не вытряс ни единого слова. Я мог бы подумать, что имею дело с глухонемым, если бы никогда не слышал его голос.
– А могу и в первую пальнуть!
Я изобразил садистское возбуждение и навел пистолет на простреленную уже коленку. Шрам в ужасе зажмурил глаза. Он очень боялся боли, но при этом продолжал играть в молчанку.
– Считаю до трех… Два… Будешь ты говорить или нет?
Парень продолжал жмурить глаза, но молчал, как заливная рыба.
– Я спрашиваю, как тебя зовут?
Как об стенку горох.
– Что за девушку ты привез на кладбище?
Тишина, как в могиле.
– Ты хоть понимаешь, что ты моего друга убил! Ты хоть понимаешь, что я тебя сейчас самого пристрелю!
Шрам все понимал, но продолжал молчать.
А пристрелить его я уже не мог. За мной теперь наблюдала старушка из квартиры на восьмом этаже. Она не грозилась, не причитала, просто смотрела на меня, высунув голову из-за угла правого межквартирного отсека. Да и нельзя было убивать Шрама. Это сейчас он отмалчивается, а попадет под настоящий пресс, быстро разговорится. И то, чего не знает, вспомнит.
Майор Марцев прибыл на место вместе с оперативно-следственной группой. Осмотрел мою ногу, покачал головой и велел срочно везти меня в больницу.
– Да пустяки, как на собаке заживет.
Я крепился, но боль в ноге становилась все сильней. И в конце концов я стал кусать губы, чтобы сдержать стон.
В больнице мне сделали обезболивающий укол, обработали рану, по науке наложили повязку и на кресле-каталке доставили в палату, где молоденькая медсестра показала мне мою кровать.
Девушка была хорошенькая, мне очень хотелось спать, и я был совсем не прочь, чтобы она нежно укрыла меня до плеч и пожелала спокойного сна. Но моя оперская душа при этом рвалась в райотдел, чтобы принять участие в допросе задержанного мною Шрама. Ведь он мог рассказать очень много интересного… Но скоро я успокоился, вспомнив, что его самого должны были доставить в больницу. Ему введут наркоз, сделают операцию, и он еще не скоро сможет говорить.
