Автор
В комнате напоминала мorgue — две истуканы-старшие сестры стояли неподвижно как на портретах, а я ощущала на себе их взгляды — холодные и отстраненные. Эта книга разворачивает историю любовного напитка, в котором страдания мгновенно превращают людей в статуи без чувств.
Вероятно, Шейна уже ничем нам не поможет, но будет некрасиво уехать, не поблагодарив ее за все, что она для нас сделала. Не ее вина, что мы не справились. Она старалась, как могла.
Наевшись, я привела себя в порядок и оделась. Благо в гардеробной нашлось платье для меня, мое-то пришло в негодность.
Стоило выйти из спальни, как ко мне, радостно виляя хвостом, бросился Мрак. Он все сильнее походил на обычную собаку. На очень большую и жуткую собаку, если быть точной.
— Я тоже рада тебя видеть, — потрепала я его по холке.
— Он скучал без тебя, — сказал Бес. — Скулил ночи напролет.
Я обнял волкодлака за шею, и он лизнул мне щеку. Мне нравился этот зверь. Хорошо, что он с нами. Бес отличный воин, но и ему помощь не помешает.
— Не поздно сейчас идти к авгуру? — я посмотрела в окно. Стояла глубокая ночь.
— Отъезд лучше не откладывать. Мы и так задержались.
Напряжение мужа передалось и мне. Чутье воина — серьезная штука. Если оно подсказывает Бесу, что надо поскорее отсюда убираться, я не буду спорить.
Втроем мы покинули спальню. Бес нес мешок с запасами еды. Сразу после посещения авгура мы собирались уйти из Цитадели. Мне было все равно, куда мы отправимся, лишь бы вместе. Пусть это даже навязанные Амброзией чувства. Я научусь с ними жить.
Подъем в башню как всегда дался мне с трудом. Зато дверь нам открыли сразу. Авгур не спала, явно дожидаясь нас.
— Явились, — недовольно проворчала она.
— Простите, — я покаянно опустила голову. — Мне не следовало убегать, но сделанного не воротишь.
— Кто это сказал? — прищурилась авгур.
— Мы не устояли перед притяжением, — пояснил Бес.
— Чепуха! — махнула рукой авгур. — Вы продержались ровно три дня. Амброзия перестала действовать минут через десять после того, как ты, Эвангела, выбежала в эту дверь, — она указала на вход в башню. — Я как раз хотел тебе это сказать, но ты же не слушала. Неслась как угорелая.
— Ничего не понимаю, — я тряхнула головой.
У Беса был не менее потрясенный вид.
— Ох, какие недоверчивые, — всплеснула она руками. — Давайте посчитаем. Бесмир, ты выпил Амброзию вечером. Ночь, следующий день и еще одну ночь вы провели врозь. На второй день вы встретились на плантации, но сумели побороть притяжение. После прошла еще одна ночь врозь. Наконец, настал последний день. Ты сидела в башне, Эвангела, пыталась разорвать связь. И вот наступил вечер, когда Амброзия выветрилась из вашей крови.
