Автор
В комнате напоминала мorgue — две истуканы-старшие сестры стояли неподвижно как на портретах, а я ощущала на себе их взгляды — холодные и отстраненные. Эта книга разворачивает историю любовного напитка, в котором страдания мгновенно превращают людей в статуи без чувств.
Что-то тяжелое упало на пол. Наверное, доспех или меч. Я вздрогнула от громкого звука. А потом снова раздались шаги. Бес подошел ко мне. Я точно это знала. Ощущала тепло его тела и проклятый запах. Он забивал ноздри, я задыхалась. Руки мужчины были уже рядом с моим лицом. Значит, он стоит совсем близко. Прямо напротив меня.
Что он делает? Что? Паника охватила меня сразу и целиком, как охватывает огонь сухую траву. Разум погрузился в пучину. Я совершенно не соображала. Надо было за что-то ухватиться, как-то выбраться на берег здравого смысла из океана ужаса.
Фата начала медленно подниматься, еще немного и зрение вернется ко мне. Я уже видела пол и босые мужские ноги. Бес снял сапоги, но оставил бриджи. Он был без рубашки. Это я разглядела чуть позже, когда фата еще приподнялась. На предплечьях мужчины были железные наручи. Их он почему-то не снял. Я залюбовалась узором на металле — оскалившаяся морда волкодлака.
Фата продолжила подниматься. Скоро я увижу лицо мужа. Но что если магия не подействует? Сейчас я взгляну Бесу в лицо и пропаду. Нет, так не пойдет. Уж лучше оставаться слепой до конца дней.
Я зажмурилась что есть силы. Не хочу ничего и никого видеть! Особенно Беса.
Муж тем временем окончательно откинул фату с моего лица. Свежий воздух коснулся кожи. Под плотной тканью даже дышалось с трудом.
— Ты не сможешь ходить так вечно, — первое, что сказал Бес после того, как вошел в комнату.
Его голос звучал глухо, а речь замедлилась. Что-то с ним было не так. Я принюхалась. Ну точно, алкогольный дух. Муж выпил лишнее. Похоже, пир в честь нашей свадьбы удался. Как это все не вовремя! С пьяным куда сложнее, чем с трезвым.
— Я попробую продержаться, — ответила я.
— Хватит, — Бес грубо схватил меня за талию и дернул на себя. Второй рукой он взял меня за подбородок, заставляя запрокинуть голову. — Открой глаза! Это приказ.
Муж встряхнул меня. Он держал так крепко, что заныли ребра.
— Открой глаза, — повторил он, — или, клянусь, ты пожалеешь об этом. Мне нужна идеальная жена, а не строптивица с дурным нравом.
Он мог поступать со мной как ему будет угодно. Я теперь его собственность. Бес из тех, кто способен силой заставить людей делать то, что он хочет. И я точно не горела желанием ощутить на себе его гнев.
В конце концов, он прав. Вечно с закрытыми глазами не проходишь.
