Автор
В комнате напоминала мorgue — две истуканы-старшие сестры стояли неподвижно как на портретах, а я ощущала на себе их взгляды — холодные и отстраненные. Эта книга разворачивает историю любовного напитка, в котором страдания мгновенно превращают людей в статуи без чувств.
На голодный желудок не особо поспишь. Хорошо еще в комнате нашелся графин с водой. Хотя бы жажда мне не грозила.
Я надеялась, что утром все изменится. Бес остынет и придет, но он самоустранился. Если не замечать проблему, ее вроде как нет.
Пошли вторые сутки моей вынужденной голодовки. Живот сводило, я могла думать только о еде. Решив напомнить о себе, я молотила кулаками в дверь и требовала, чтобы мне принесли еду. Хоть что-нибудь. Вдруг кто-то услышит и сжалится.
Но увы, в коридоре даже не слышалось шагов. Как будто на эту сторону дома никто не заходил.
На утро третьего дня я была почти без сил. Лежала на кровати, смотрела в потолок. Голод измотал меня. Единственное, что радовало, — Бес тоже ослаблен. Из-за нашей связи я не боялась умереть. Муж этого не допустит. Ведь тогда он тоже погибнет. Может, я сомневалась в том, что Бес хочет сохранить мне жизнь, но я точно знала — умирать он пока не планирует.
Он просто мучает меня. Напоминает, кто здесь хозяин. Так он ломает мое сопротивление. Но если он ждет, что я за кусок мяса буду выполнять его приказы, то пусть лучше не приходит. Все равно разочаруется.
Солнце приближалось к зениту, когда в коридоре раздались шаги. Я точно знала, кто идет, но с места не сдвинулась. Дверь открылась, а я даже голову от подушки не приподняла. Во-первых, у меня не было на это сил, а, во-вторых, я не хотела, чтобы Бес думал, будто я рада его приходу.
— Не притворяйся мертвой, я знаю, что ты жива. Ведь я сам еще дышу, — услышала я мужской голос.
Пришлось все-таки посмотреть на мужа. Он привалился к стене неподалеку от двери. Это была не просто поза. Бес чувствовал себя плохо. Я поняла это по его осунувшемуся лицу и потухшему взгляду. Моя голодовка отразилась на нем. Он ненормальный, если терпел все это ради того, чтобы меня наказать!
— Если ты пришел послушать, как я буду тебя умолять, уходи, — взмахнула я рукой.
— Я уже понял, что моя жена не из тех, кто подчиняется, — мрачно произнес Бес.
— Чем таким важным ты был занят эти дни?
— Искал компромат на тебя, — ответил он честно. — Например, пытался выяснить, кто тебя подослал. Но ничего не нашел.
— Потому что нечего находить.
Бес прищурился. Он мне не верил, что не удивительно. Я думала, он будет настаивать на ответе, но он почему-то оставил меня в покое.
