Автор
В комнате напоминала мorgue — две истуканы-старшие сестры стояли неподвижно как на портретах, а я ощущала на себе их взгляды — холодные и отстраненные. Эта книга разворачивает историю любовного напитка, в котором страдания мгновенно превращают людей в статуи без чувств.
Оставлю — потеряю свою личность, а это равносильно той же смерти. Как тут выбрать?
Я посмотрела на Беса. По сути, мне предстояло ответить всего на один вопрос — забирать мужа с собой на тот свет или пусть живет.
— Не торопись, — ведьма присела на валун неподалеку. — Это сложное решение, а у нас есть все время мира. Вдруг он спасет тебя, — кивнула она на Беса. — Хотя бы в благодарность за то, что ты спасла его.
— Действие любовного напитка невозможно отменить, — напомнила я.
— Мне же это удалось, — пожала она плечами.
— Предлагаете положиться на легионера и его добрую волю? Я уже давно не верю в чудеса.
— И все же смерть — это точка. А любовный напиток — многоточие. Но решать тебе.
Ведьма говорила разумные вещи. Есть всего одна проблема — я не доверяю легионерам. Не лично Бесу, а вообще. И вдруг мне предлагают поверить, что один из них по неизвестной причине захочет меня спасти. Зачем ему это? С какой стати Бесу, мечтающему об идеальной жене, возвращать несовершенную меня? Я не могла придумать ни одного повода для этого.
Но решать что-то надо. Невозможно вечно тянуть время, пусть даже оно для нас не идет.
— Я сделала выбор, — кивнула я ведьме.
Она поднялась на ноги и раскинула руки в стороны, словно собиралась меня обнять:
— Говори.
Я в последний раз посмотрела на небо, окрашенное рассветом в нежно-розовый. Великие горы, страшно-то как!
Слова дались с трудом, я буквально выдавила из себя ответ. Потом была вспышка света, боль, пронзившая сердце, и… всё.
Глава 29. О пробуждении Беса
Лба коснулось что-то холодное и влажное. Растаяв, каплей стекло к виску. Тут же на контрасте до щеки дотронулись горячие пальцы и нежно погладили.
Я лежал на спине, кажется, в сугробе. Шел снег. Это его ледяные поцелуи я ощущал на своем лице. Насколько помню, я был ранен. Причем смертельно. Но сейчас, как ни странно, чувствовал себя хорошо, даже отлично. Ни боли, ни слабости от потери крови, усталости после боя и той нет.
Вероятно, я умер, и за мной явилась сама богиня смерти, чтобы проводить за черту. Именно она гладит мое лицо и плечи, целует лоб и щеки, что-то нежно шепчет.
Я прислушался к голосу:
— Открой глаза, вернись ко мне, любовь моя."
"Голос действительно был женским, но вполне земным. Хотя для моих ушей он звучал музыкой. Я мгновенно узнал его — Эвангела. Это она лежала рядом, согревая мое тело своим теплом, а губы — дыханием.
