Вот только я пропускаю это мимо своего внимания, довольная тем, что наконец-то слышу его голос и могу хоть на пару минут отвлечься.
– В каком-то ресторане с твоей матерью и ее подругами, – отчитываюсь, отходя подальше от нашего столика, и добавляю:
– Доброе утро, – выхожу на потрясающую террасу на крыше, с видом на море и город, раскинутый практически в скалах. – Как ты?
– Скорее день, Настя, – вздыхает Сокольский, но не раздраженно, как обычно, а как-то устало и потерянно. И, напрочь игнорируя мой вопрос, просит:
– Скинь мне свое местоположение.
– Зачем? – говорю удивленно.
– Но зачем? - повторяю, заладив, как попугай.
– Настя, смени пластинку, – усмехается Илья, и я тоже неосознанно тяну губы в улыбке. – Сумасшедшие дни, я думаю, мы могли бы урвать для себя хотя бы денек…
Нет, после вчерашней ссоры определенно что-то поменялось в его отношении. В его настроении. И это “урвать для себя” словно медом разлилось по телу теплом.
– Только не спрашивай, зачем. Умоляю, Загорская! – выдают мне стон, вкладывая в него все вселенское страдание.
– Ясно-ясно, молчу, – смеюсь, нервно накручивая на палец прядку волос.
– Нет, если тебе, конечно, нравится общество подруг матери, я тебя…
– Не нравится, – перебиваю торопливо. – Верней, прости, я ничего плохого лично про твою мать сказать не хотела.
– Я понял тебя, Настя. Моя мама умеет быть навязчивой. О-о-очень навязчивой. Так что давай, кидай адрес, вредина моя. Отдохнем от этой игры, и я хоть покажу тебе город.
На “вредина моя” сердце ухнуло куда-то в пятки и напрочь отказалось возвращаться, а пальчики сильнее вцепились в холодный металл телефона.
– Договорились! – только успеваю сказать, и мужчина сбрасывает вызов. Я быстро скидываю ему свое местоположение и следом сообщение:
“Очень жду” с кислым смайликом вдогонку.
И только собираюсь идти обратно за стол, как в голову приходит мысль. Немного странная, надо признать. Для кого-то даже глупая. Но я жутко устала от платьев. А еще каблуков. А если нам предстоит весь день гулять, то я хочу быть собой. Простой Настей. Поэтому снова набираю номер Ильи и буквально через пару гудков слышу:
– А ты еще не приехал?
– Я, конечно, быстро езжу, но не на реактивном самолете, Загорская, – смеется Илья. – Так ты что-то хотела, Настя?
– Эм…. – и когда надо озвучить просьбу, она кажется такой ужасной и детской. И дурацкой. – Ты не мог бы захватить мои джинсы и футболку? – говорю, набираясь смелости. – И кеды. Пожалуйста!
И даже думать не хочу, как на меня будут презрительно пялиться в таком простом наряде простого человека.
– Знаешь, это очень странная просьба.
– Знаю. Но я хочу хоть на вечер избавиться от этой мишуры, – говорю честно. – Устала, – признаюсь и уже готова услышать язвительный смешок, но мужчина удивляет. Снова.