Мне хотелось в это верить, но тот выброс энергии во время нападения Этуза вовсе не был похож на ослабление эффекта крови Фраганы. Скорее наоборот.
Я ещё несколько раз ездила к эмберу Парнаку, чтобы тот убедился, что со мной всё в порядке, но это уже казалось просто лишней предосторожностью. И всё-таки каждый раз я опасалась, что эликсир запустит во мне какую-нибудь непредсказуемую реакцию. Что это случится ночью или в любой другой миг. И всё обрушится. Даже эта зыбкая надежда, что я когда-то вернусь домой.
Мы с Дамьеном прошлись по аллее. Разговор как-то не клеился: хотелось поскорее уйти. Демон, похоже, прекрасно видел мою отстранённость, но как будто не знал, с какой стороны ко мне подступиться. А на балу у Орбена, помнится, он был очень смел. И чем дольше мы бродили по саду, ожидая каких-то итогов переговоров между нашими семьями, тем больше становилось моё раздражение. Что я, кукла заведённая, шататься тут вместе с женишком, которого у судьбы совсем не просила, если мне этого не хочется?
— Скажите, эргроф… — начала я рискованный разговор. — Всё же, зачем вам свадьба со мной? Простите, но я никогда не поверю, что вы воспылали какими-то чувствами ко мне. Ведь мы раньше не виделись. Я слышала…
— Я могу предположить, что вам наговорил обо мне и моей семье ваш отец, — тон Дамьена стал деловым, а черты лица затвердели, словно ледяные грани. — Но ваш отец уже давно снискал себе славу того, кто может убедить других в чём угодно. Иначе он не был бы Советником, который метит в кресло Верховного. Так ведь? Моя семья не имеет места в Совете Керальсага. И ему гораздо удобнее…
— Я говорю не о нём. На что способен мой отец, я знаю лучше многих, — я постаралась придать своему голосу больше уверенности. — Я спросила о вас. Мне придётся стать вашей женой. И мне хотелось бы знать, о чём вы думали, когда решили пойти на столь нечестный шаг? Скрытая метка.
— Да, я хотел, — Дамьен вздохнул, останавливаясь, — очень хотел, чтобы ваша кровь выбрала меня. И хотел быть уверенным, что так и будет.
— Разве не честнее было бы предоставить выбор мне? Моей сущности? — этот вопрос можно было бы задать и Альбину.
Но вряд ли он ответил бы. Скорее усмехнулся бы снисходительно, считая, как и Тивадар, что это всё бредни романтичной барышни, которая всё ещё верит в какой-то там выбор сердца и крови. Но почему-то мне, как, наверное, и Фрагане, хотелось, чтобы это было возможно. Ведь однажды это случилось с ней — весь этот шквал чувств, о которых я узнавала всё больше и больше каждой ночью.
— Никто не дал бы вам выбрать честно, — совсем помрачнел Дамьен. — Думаю, опыт прошлого показал вам это очень наглядно.
— Вы не ответили на вопрос.