Пусть силой телефон отбирают! Терпения демонов всё же хватило на то, чтобы не прервать мою голосовую встречу с Артёмкой.
Мне не полегчало. Нисколько. Стало даже тоскливее, но договор есть договор. Несмотря на большую неохоту, Тивадар всё же выполнил свою часть его. А значит хотя бы какое-то время мне придётся быть покладистой.
— Надеюсь, дальше обойдётся без подобных капризов, — счёл нужным предупредить меня демон. — Думаю, тебе не хочется узнать, что я могу быть и не таким уступчивым.
— Нам обоим некуда деваться, не так ли?
Тивадар не стал спорить.
Каждый день я ждала, что объявится Альбин, но он то ли не торопился, считая, что пока можно затаиться, то ли у него всё шло совсем не так ладно и легко, как ему представлялось. “Отец” ходил мрачный и молчаливый, с неохотой говорил о грядущей помолвке и о том, что мне предстоит делать дальше. Похоже, все эти условности он терпел лишь пока не дошло дело до свадьбы.
А между тем день помолвки приближался с ужасающей скоростью. К счастью, всё бремя подготовки лежало сейчас на плечах семейства мар-Фаал, а мне лишь осталось пройти через ад снятия мерок для помолвочного платья, выбора тканей и фасона, а затем какой-то сотни примерок. Кажется, лучший портной Тюзевара почти поселился у меня в покоях.
Феликс гонял меня нещадно: всё же первый раз мне придётся находиться среди гостей почти целый день. Многие захотят со мной поговорить, расспросить о том, как я жила на островах. Как училась и чем владею сейчас. И, наверное, привычка давала о себе знать: новые нюансы жизни Фраганы я усваивала теперь гораздо лучше. Как будто они перекликались с теми воспоминаниями, что я смотрела каждую ночь, и складывались в единую картину. Мне не было нужды расспрашивать Геллена о Маэле: теперь я знала, кажется, почти всё об их с Фраганой отношениях. И более того: я их чувствовала. И потому, наверное, уже не так опасалась встречи с ним на балу.
Но всё же в тот день, когда предстояло ехать на собственную помолвку, я проснулась с прогорклой тревогой внутри. Похожее ощущение, когда пережил сильное потрясение накануне, уснул без сил, а утром это смутное, залежалое состояние вдруг вспыхивает по всему телу, словно отголоски болезни.
— Как вы себя чувствуете? — осведомилась Эвина, критически осматривая моё помятое и чуть припухшее лицо. Словно я на ночь выпила литр воды единым махом.
— Не волнуйся, — раздался от двери голос Геллена. — Невеста не может выглядеть плохо.
Я едва на месте не подпрыгнула от неожиданности. Он что, намеревался застать меня голой?
— Ты разучился стучать перед тем, как войти? — запахнула халат и подвязала его злыми движениями.
— Я стучал. Но вы были так заняты прихорашиваниями, что не услышали.
Братец прошёл дальше.