У каждого вещества во вселенной есть свой антипод: у материи — антиматерия, у светлой энергии — темная. Я чувствовала, как они закручиваются во мне в противоборствующий вихрь, не желая действовать слаженно, точно магниты с одинаковыми полюсами. Яркий свет и непроницаемая тьма. Испепеляющий жар и ледяной холод. Две противоположные силы, которые еще никому не удалось соединить воедино.
Вспышка боли пронзила меня раскаленным клинком, на долю секунды лишив сознания, но уже в следующий момент я вновь смогла свободно дышать. Мои ладони светились, как два маленьких солнца, но были холодны, будто лед. Я положила их на развороченную грудь умирающего и почувствовала, как под моими руками начинают течь, растворяясь, грязные бинты, открываются страшные раны, выталкивая наружу комья гноя и запекшейся крови.
Вот робко стукнуло сердце, словно не веря. Еще один удар, еще… Свежая чистая кровь побежала по телу, наполняя вены и артерии, легкие расширились, наполняясь воздухом. Я услышала, как дыхание раненого из поверхностного и прерывистого стало глубоким и спокойным. На моих глазах очищенные раны медленно затягивались тонкой кожицей, а осколки ребер возвращались на законные места. Теперь в дело вступит естественная регенерация, я здесь больше не нужна.
Счастливая женщина еще пыталась ухватить мой подол, чтобы поцеловать, но я уже спешила за магом по проходу между коек в отгороженный ширмами закуток. Здесь, на мокрых от пота скрученных простынях металась, постанывая сквозь сжатые зубы, незнакомая светлая эльфийка с большим животом."
"Темные круги под глазами, запавшие щеки, обтянутые кожей кости вместо рук и ног — налицо признаки сильного истощения: и физического, и энергетического. Когда-то Эовен была вполне привлекательна, но сейчас напоминала бледную тень самой себя. Крошечная искорка светлой магии внутри нее готова была вот-вот погаснуть, поглощенная темной субстанцией, окружающей дитя. Я пришла как нельзя вовремя.
Жену Мерильена окружало около десятка перепуганных служанок и измученный маг-целитель, который едва кивнул при нашем появлении.
— Как она? — я с ужасом констатировала, что от ауры эльфийки остались лишь рваные клочья, готовые растаять в любой момент.
— Ребенок очень силен, — вздохнул целитель. — Я уже не могу сдерживать его силу. Нужно принимать решение.
— Мерильен знает? — поинтересовалась я, разогревая ладони.
Да, темные маги здесь были бесполезны. Они могли только убить мать, чтобы спасти ребенка или наоборот. Тут требовалась исключительно светлая магия.
— Знает, — раздался тоскливый вздох, — мы еще неделю назад сообщили. Он отправил посольство в ближайшее светлое герцогство, чтобы привести целителя, но до сих пор никто не вернулся. Боюсь, что никто и не вернется.