Автор
Туман сковывает замок Шотландии, словно густой и непроницаемый шар. Только лиловые полосы вереска пробивают через таинственный шлейф, создавая мерцающую атмосферу невероятной сложности. Голоса привратников и кормильцев доносятся издалека, заставляя дрожать самое сердце....
Может, ты заболела? Или мама опять взялась изводить тебя своими попреками?
Она покачала головой и сказала:
— Да, но она всегда меня изводит, говоря, что делает это для моей же пользы.
— Я поговорю с ней еще раз.
— Дуглас…
Она запнулась, и он с изумлением увидел, что она смотрит в пол и — вот это да! — нервно теребит свою кисейную юбку.
— Боже мой, — медленно произнес он, догадавшись наконец, в чем дело. — Ты познакомилась с мужчиной.
— Нет, не познакомилась.
— Синджен я отлично знаю, что ты не растратила свои карманные деньги и не залезла в долги.
— Я знаю его имя, но я с ним не знакома.
— Ага, — сказал Дуглас и, откинувшись на спинку кресла, сложил пальцы домиком.
— Колин Кинросс, граф Эшбернхем. Он шотландец. Дуглас нахмурился. А он-то уже начал надеяться, что ей понравился старина Томас Мэннерли. Не тут-то было.
— Дуглас, ты его знаешь? Он не женат? Не помолвлен? Может, он игрок? Он кого-нибудь убил на дуэли? А может быть, он волокита?
— Вечно тебя заносит куда-то не туда, а, Синджен? Надо же — шотландец! Нет, я его не знаю. Если ты с ним даже не знакома, то чего ради ты так им интересуешься?
— Сама не знаю.
— Ну хорошо, — сдался Дуглас, глядя на нее пристальным взором. — Обещаю тебе разузнать все про этого Колина Кинросса.
— Но ты никому ничего не скажешь, правда?
— Скажу Алике, а больше никому.
— Тебя ведь не смущает, что он шотландец?
— Нет. А почему это должно меня смущать?
— Когда Томас Мэннерли сообщил мне об этом, в его голосе звучало легкое презрение. И еще он назвал его варваром.
— Отец Томаса, покойный виконт, был глубоко и непоколебимо убежден, что истинный джентльмен может родиться только в Англии, где сам воздух напоен праведностью. Томас воспринял эти нелепые взгляды своего родителя.
— Спасибо, Дуглас.
