Мальчишки жевали чинно, неспешно, стараясь не выказывать чрезмерную торопливость, хотя глаза их выдавали. Голодны они были, вероятно, еще со вчерашнего дня. Настя с сочувствием смотрела на их серьезные физиономии, ей нравилось, что они ведут себя достойно, без всякого намека на жадность. Трошка то и дело подкладывал лучшие куски самому маленькому из мальчишек. И, заметив ее взгляд, солидно, совсем как взрослый мужик, пояснил:
— Васька у нас сирота, мамка у него еще в зиму померла. Его сейчас по очереди вся деревня кормит!
Мальчишка смущенно улыбнулся, а Сергей, заметив набежавшие на глаза Насти слезы, взял ее за руку и ласково пожал. Она не отстранилась, и он, продолжая держать ее ладонь в своей, спросил у Трошки:
— Как вы их выкатываете?
Мальчишки с большой охотой начали делиться секретными способами добычи.
— Вот он, — Трошка кивнул на веснушчатого паренька, — обходит шалаш сзаду и начинает клянчить: «Дедушка, дай арбуз! Дедушка, дай!» Старик бросается за ним, а мы тем временем выкатываем…
— А сейчас они уже догадались, — подросток с черными испуганными глазами огорченно развел руками. — На Семку не глядят, а обернутся и стреляют! Вон Миньке чуть не полыхнули по заду!
— Врешь ты все! — огрызнулся, оторвавшись на секунду от ломтя хлеба с салом, рыжий, как огонь, Минька. — Я убег небось!
Настя с удовольствием слушала деловой и обстоятельный разговор Фаддея и мальчишек и разглядывала эту разношерстную, непривычную для нее компанию. Штаны и рубахи у новых знакомых были пыльными, грязными, все в пятнах от арбузного сока. Коленки дырявые, протертые, но лица — чистые, румяные, так чисто их и за неделю не отмыть, не отпарить даже в горячей бане. И глаза у всех разные, а блестят одинаково — весело и лихо! Перебивая друг друга, они хвастались своими подвигами, собственной хитростью и изворотливостью. Насте очень понравились мальчишки. И арбуз тоже понравился. Оказывается, только что сорванный арбуз по вкусу не идет ни в какое сравнение с вялым ломтиком, лежащим на тарелке!
— Ладно, — Сергей прервал словоохотливую ребятню и, подумав секунду, достал из-за голенища перочинный нож. — Сейчас иначе будем выкатывать! Я сам попробую! Дайте-ка мне вон тот, самый большой арбуз!
— Фаддей! Что вы задумали? — изумленно вскрикнула Настя.
— Решил тряхнуть стариной! — улыбнулся он. — Должны мы как-то отблагодарить наших гостеприимных приятелей или нет?
Мальчишки с готовностью подкатили к нему большой полосатый арбуз и, окружив Фаддея плотным кольцом, пристроились кто на корточках, кто на животе, кто на четвереньках и принялись с интересом наблюдать, как он аккуратно срезает ножом дно, вычищает сочное содержимое.