Автор
В августе 1902 года молодой граф Сергей Ратман посетовал на ненастье и падающий листопад. На крыльце постоялого двора, окутанного первыми желтыми листьями, он встречался со своей невесткой Агней, которая приехала из далекой деревни. Здесь началась необычная тайна семейной правды и любви вдали от родных мест....
— Пожалуйста, Ратибор, открой! Вероятно, это дворецкий с новостями о поисках Насти.
— Терпеть не могу твоего дворецкого! — с негодованием проговорил Ратибор, но направился к дверям. — У тебя, ma chere, поразительная способность окружать себя людьми, которые ничего, кроме неприятностей, не приносят.
— Что ж, в чужом глазу немудрено и соломинку заметить, особенно, если в собственном бревно торчит, — парировала Меркушева, но Райкович то ли сделал вид, то ли вправду не расслышал ее ядовитого замечания.
Ольга Ивановна поспешила навстречу дворецкому.
— Что скажешь, Антон? Нашли ли Настю?
— Боюсь, что у меня для вас плохие новости, барыня, — произнес угрюмо Антон и опустил глаза. — Барышня была на конюшне, велела оседлать свою Звездочку. Конюхи говорят, что на этот раз она была не в обычном костюме для верховой езды, а в платье, и, похоже, в подвенечном…
— О господи, что такое? — Ольга Ивановна в растерянности оглянулась на Райковича.
— В подвенечном платье? — скептически скривился тот. — Очередной каприз, и только. Думаю, через четверть часа появится твое непослушное чадо, так что не нервничай, дорогая!
— Но как же не нервничать?! — вскричала Меркушева со слезами в голосе. — Виданное ли дело — скакать по полям в подвенечном платье! Что от него после этого останется?!
— Что-нибудь да останется! — философски заметил Райкович и выпустил изо рта струйку дыма.
— Что уставился, мужлан? Тебе более дел нет, как околачиваться в гостиной барыни?
— Остынь, Ратибор, — остановила его Ольга Ивановна. — Ты опять с ног до головы в табаке и в пепле. Неужели нельзя обращаться со своей трубкой аккуратнее?
— О, и это все? — недовольно сморщился Райкович и принялся отряхивать с праздничной одежды пепел, недовольно-ворча:
— Провинциальный болван, проклятая деревенщина.
— Барыня, — дворецкий, похоже, даже ухом не повел на столь нелестную для него характеристику и обратил свой взор на хозяйку, — граф Ратманов только что приехал и желает лично поговорить с вами.
— Как! — вскричала Меркушева. — Граф уже здесь, а меня никто не удосужился об эт, ом предупредить! Неужели Тимофей проспал? — она гневно посмотрела на Антона.
