Страх и любопытство сцепились в её душе в непримиримой схватке, заставив потихоньку подняться с кровати и на цыпочках подойти к двери. В коридоре кто-то есть. Теперь она была уверена – отчётливо слышала шорох. Что этот кто-то там делает в такой поздний час? Если пришёл к Николетт, почему не стучится и не заходит? А потому что это соглядатай Дидье, и пришёл он – подслушивать. А Теодор ещё не верит в существование шпиона? И всё потому, что мужчины – упрямы и самоуверенны и недооценивают женскую интуицию и логику.
Коридор освещался тусклым светом ночных настенных светильников, поэтому разглядеть что-либо в замочную скважину было невозможно. Оставалось только слушать. Но и слушать долго не пришлось. Через несколько секунд шпион развернулся и направился по коридору прочь.
Эх! Если бы вычислить, кто это! Вот тогда Теодор бы понял, что женской логике нужно доверять. Николетт метнулась в ванную комнату, накинула на плечи халат и тихонько, не издав ни единого звука, выскользнула в коридор. Сейчас она проследит за тем, кто топтался у неё под дверью – опознает, кто это, убедится, что он действительно шпионит, и сдаст его Теодору.
Первое, что удалось выяснить – это мужчина. Николетт заметила, как мужской силуэт, крадучись, свернул в боковой коридор. Могучие плечи и высокий рост – может быть это Герасим, один из самых крепких слуг Теодора? Однако пока ничего нельзя было утверждать наверняка. Николетт на цыпочках последовала за ним…
Глава 41. Пылкие чувства? Вздор!
Николетт старалась действовать очень осторожно. Из-за угла проследила, как силуэт скрылся за поворотом, и только потом повторила его путь. Пока тот преодолевал новый пролёт, стояла, вжавшись в нишу, и высунула нос лишь для того, чтобы отследить, куда он свернёт на очередной развилке коридорных лабиринтов. Вот так и пробиралась за ним, пока не поняла, что шпион движется к выходу из замка. Однако это её не остановило. Уж раз взялась выследить лазутчика, надо быть решительной до конца.
Силуэт выскользнул на улицу, Николетт за ним. Ночь встретила влажным тёплым благоухающим недавно прошедшей грозой воздухом. Западный край неба до сих пор был раскрашен послезакатными красками, восточный уже налился фиолетовой густотой и позволил засиять первым звёздам. Эх, в такую ночь на свидания ходить, а тут шпиона выслеживай! Кстати сказать, вёл себя лазутчик очень странно. Как будто тоже за кем-то крадётся. Он прошёл вдоль конюшен и свернул в парк.