Автор
Лиза на хмуром фоне ресторана переговаривается с мужчиной, явно ожидая неприятного разговора. И тут она обнаруживает собственный внутренний мотив — ее новый проект стоит того, чтобы выдержать любые испытания, даже если это значит отложить релиз первой коллекции модной одежды....
Это как бросить ребёнка или члена семьи.
— Луна!
Повторяю, пока голос не становится сиплым. Одежда насквозь промокла, меня начинает морозить. И не до конца уверена, в какой именно стороне вообще дом находится.
Господи, ты меня так испытываешь?
Я больше не буду участвовать в авантюрах, честно.
Слышу треск за спиной, очевидно, последней сухой ветки в этом месте.
— Луна?!
Не успеваю обернуться, как лица касаются чьи-то руки. Хочу накричать на Кирилла, потому что это самое тупое время для шуток.
И единственная мысль, что мелькает — это не Кирилл.
Меня куда-то тащат.
Словно в замедленной съемке происходит. Или просто мой мозг работает слишком быстро, осознавая произошедшее. Ливень, глухой лес, один дом в округе. И меня зажимают, тащат, похищают.
Вырываюсь, впиваюсь ногтями в руку, покрытую тёмными волосами. Пытаюсь вспомнить хоть что-то из курсов по самообороне, куда ходили давным-давно с Марго.
А сейчас мне не по себе. Кричать не получается из-за крупной ладони, да и кто услышит. Но зато выходит дёрнуться вперёд, вжимаясь зубами в кожу. До матов и сильного толчка в плечи.
Но секундная замешка похитителя даёт мне шанс вырваться. И сломя голову бежать. Мокрая земля разъезжается под ногами, дождь бьёт по плечам. Но это меньшая из проблем.
Не могу услышать — гонится ли кто-то за мной или нет.
А если это секта психов? Вот просто заманивают каждые выходные с собой случайных девушек, прося притвориться их невестами. И закапывают потом у деревца, их тут хватает.
— Бля.
Ругаюсь, прикусывая щёку. Руки пачкаются грязью, колени простреливает тупой болью. Наверняка сбила. Но зато могу обернуться, убеждаясь, что никого рядом нет.
И кричу, когда кто-то дёргает меня вверх.
— Тише, крикливая какая, — Кирилл мягко сдавливает мои ладони, едва заметно встряхивая. — Потерялась?
— Ты!
Перед глазами лишь красная пелена и улыбка мужчины. Толкаю его, не успевая припечатать сверху ещё и пощечиной. Кирилл оказывается проворней, обнимает меня, вдавливая в себя. Так, чтобы руки оказались прижаты к телу, и я могла лишь зло сопеть.
— Попробуем ещё раз, Лиз.
